Если вы устояли перед соблазном заглянуть на эту страницу, вот правильные даты событий, перечисленных в начале главы:
Глава пятая
Память о будущем
В один из декабрьских дней 2008 года в городе Виндзор-Локс штата Коннектикут умер обычный пожилой человек. Было ему восемьдесят два года. Как правило, смерть такого человека затрагивает разве что родных и близких. Но в данном случае весть взбудоражила известных ученых по всей Америке. Из дома престарелых, где старик провел последние годы своей жизни, позвонили Сьюзан Коркин, нейробиологу в Массачусетском технологическом институте; по счастливой случайности та не уехала на очередную конференцию. Коркин связалась со своим коллегой из Калифорнии, которого тоже застала на месте. Ученых настолько интересовало тело старика, что они побеспокоились загодя – несколькими годами ранее обзвонили каждое похоронное бюро в округе, прося, чтобы когда подойдет время, тело ни в коем случае не кремировали.
Но с чего вдруг такой ажиотаж? Мир науки понес бы невосполнимую утрату, попади бесценный для исследователей мозг в кремационную печь.
Такое развитие событий удалось предотвратить. Тело старика с обложенной льдом головой погрузили в катафалк и срочно доставили в Бостон. Тем временем из Калифорнии уже летел нейроанатом Джакопо Аннезе. Именно на него пал выбор Сьюзан Коркин – она искала высококвалифицированного специалиста, готового пожертвовать своим личным временем ради работы. К полуночи срезы мозга были сделаны. Утром Сьюзан Коркин наблюдала через окно отделения патологоанатомии за работой Джакопо Аннезе и двух его коллег – они осторожно извлекали мозг. На следующий день Аннезе уже летел обратно в Сан-Диего вместе с Генри – такое имя дал нейроанатом мозгу.
Вы можете подумать, что называть человеческим именем мозг, который находится в пластиковом баке с формальдегидом, помещенном в холодильную камеру, бестактно. Однако ученые не усмотрели в этом ничего криминального. Еще при жизни Генри Молашена профессор Коркин приняла участие в судьбе этого крайне ранимого человека – позаботилась о том, чтобы в доме престарелых к нему отнеслись с вниманием. Она же сделала так, чтобы его личность оставалась в тайне – десятилетиями он был известен в научной литературе под инициалами Г. М. Сьюзан Коркин очень привязалась к нему. Для науки же вся ценность Генри Молашена заключалась в его мозге. Более сорока пяти лет деятельность его мозга невероятно занимала Сьюзан Коркин: что Генри помнит, чему научился, что может вообразить? Наконец представился случай заглянуть внутрь мозга.
Что же так взволновало ученых? Лишь тот факт, что две трети жизни Генри вынужден был жить исключительно настоящим.