Сила переполнила оружие и, если бы не высшая прочность адамантинового кристалла, оно бы разлетелось на куски, но его прочность и мой возросший за последнее время контроль позволяют мне нанести такой удар.
Взмах!
Вся эта мощь срывается с лезвия, искрясь белым светом и превращаясь в разрушительный луч. Со стороны это было похоже словно я лазером выстрелил из оружия, но на деле все было лишь концентрированным сжатым воздухом, что в миг просто сдул конечности Элементаля.
Луч летит вперед, а затем ломается, уходя резко вниз и тут же искривляется под острым углом, чтобы нацелиться точно в грудь монстра. Конец снаряда приобретает форму птицы, что распахнула свои крылья и устремляется точно в нужное место.
Перпендикулярная птица!
Ударная волна оказалась такой силы, что просто снесла это водяное тело и уничтожило почти всех мелких тварей, разрушая их панцири и ломая мягкие внутренности. Сама огромная раковина выдержала так как закрылась своими младшими сородичами, да и Птица попала не точно в него, а ниже, заставив существо подлететь в воздух…
Но это его уже не спасло…
Рядом в тот же миг оказывается и сам Гаргантюанский кит, что был крайне недоволен вмешательством в его дело какой-то мелюзги.
Огромный сжатый кулак устремляется к цели, наполненный всем многотонным увеличенным весом.
УДАР!
Прочнейший панцирь, что казалось, мог бы выдержать любую атаку был просто разорван на куски, а остатки улетели на десятки метров вдаль, чтобы собой потом накормить всех здешних обитателей.
— ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — яростный рык Кита разнесся среди тяжелого темного неба и искрящих молний, что казалось поддерживали его права на власть в данных водах. Ибо он действительно был тут одним из сильнейших, хоть здесь вполне могли найтись твари куда опаснее.
Выстрел!
Пулеметная очередь прогремела среди шума дождя и в Кита полетели пули. Теперь, когда угроза от Элементалей была решена, все вооружение корабля снова могло сконцентрироваться на нем.
Несколько снарядов по касательно задели его, и Кит предпочел уйти, так как с подобным вооружением он ничего поделать не мог. Пускай таким его не убить, но слишком серьезных ранений он не хотел, в опасном мире любая рана — это смерть, ведь враги не будут ждать пока ты поправишься.
Глянув лишь на меня, как бы говоря, что еще вернется, он прыгнул в воду, устремляясь вглубь, на ходу прихватив себе еды из остатков моллюсков.
Я же, ощутив, что мой враг уходит, решил и сам тут не задерживаться, а двинуться к кораблю.
Скоро эта морская прогулка закончится…
— Чтоб я еще раз поплыл куда-то с тобой, Живчик, — простонал капитан Вильфред, он же Вилли, рухнув в свое кресло в личных покоях. Немолодой моряк, одетый по последнему слову моды 17-го века, с пышными завитыми усами и большим париком. Старый друг всегда любил истории о пиратах и морских приключениях, а потому ничего удивительного, что, реализовав свою мечту стать капитаном корабля, он начал одеваться соответственно.
В этом мире подобным никого не удивить.
Попаданцы и местные, смешение культур прошлого и настоящего, превратили все вокруг в пеструю клоунаду высшего уровня. Косплейщики бы обзавидовались, получив возможность жить тут, но лучше им оставаться на Земле и сюда не попадать.
— Если бы не ты, конечно, я бы давно склеил ласты, а потому долг отдавать надо, но давай ты в следующий раз выберешь что-то менее травмирующее, — вздохнул Вилли.
— Не волнуйся. Как доберемся до Лотта, твой долг полностью оплачен. Ничего более не попрошу, — ответил Якоб сидя с ним напротив и достав свою фляжку с выпивкой.
Раньше он часто к ней прикладывался, так как тяжелые мысли о потере сына и жены, сильно давили на него. Но вот теперь, когда Максим снова с ним, желания утолять горе в бутылке резко поубавилось. Да и не напивался он никогда на важных делах.
Ответа, разумеется, как всегда не будет. Демонический симбионт в его теле разговаривать не умеет, да и явно какого-то желания нет. Все же такой носитель как Живчик ему явно не особо удобен и тот лишь лечит его тело, вместо какого-то особого усиления.
Увы, синхронизация у них так себе. Потому, если верить исследователям инквизиции, он и трети его потенциала реализовать не может.
Оно и не удивительно.
Все же даже будучи скитальцем 3-го ранга, он стал таким не за боевые заслуги в охоте на монстров, а просто потому что дорос до четвертой эволюции, за свои двадцать лет путешествий. Ему никогда охотником и не хотелось быть, а боевые навыки и умения он получил исключительно для выживания, а не сражений. Не зря у него в разы больше приемов мобильности, скрытности и маскировки, чем способностей, применимых в прямом бою.
