Сама же наемница мило улыбалась, но взгляд её разных глаз был серьезен и холоден. Как обычно корчит вежливость не особо стараясь.
— Ну капец, Макс, твоя подружка быстро нас нашла, — фыркнул Барти.
— Ага, но свидетелей многовато, так что слиться в долгожданном поцелуе у вас не получится, — добавила Зенти.
Мы с Флорой промолчали, а вот где-то за спинами наемников послышались смешки. Заметил среди толпы знакомую шевелюру её заместителя Томаса. Видать юмористы уже собрались и скоро начнется тотальная волна дурацких шуток на эту тему.
— Я сожалею о той спонтанной идеи назваться твоим парнем, — вздохнул я.
— Не начинай, — покачала та головой.
Надеюсь Барти и Зенти не подружатся с её клоунами, а то еще про «жопку суккуба» начнут вместе болтать. Такого количества болтунов моя психика не выдержит.
— Отложим шутки, Флорайн, — решил говорить серьезно. — Что тебе нужно? Мне казалось, что проблема решена.
— Боюсь, что нет, Макс. Все стало только серьезнее. Потому, — она повернулась к отцу, — Якоб, сдавайтесь. Ваше дело получило высший приоритет, и мы не отступим ни при каких обстоятельствах. В ответ, даю слово, что ни свобода, ни жизнь ваших детей и их подруги не подвергнутся угрозе с нашей стороны.
— Не думаю, что это ты будешь решать, девочка, — мрачно ответил отец. — А потому и поверить не могу.
От извлечения симбионта он скорее всего помрет, так что сдача — вообще не вариант.
— Раз вы говорите так, значит понимаете, что я и мои люди больше не единственные, кто вас преследуют. Да, может я здесь всего не решаю, но отгородить ваших близких мне вполне по силам. Если же вы продолжите упрямиться, они наверняка попадут под перекрестный огонь. Повторю — ваше дело получило высший приоритет. Нам действительно нужна эта штука и мы не остановимся ни перед чем.
— «Нам» это кому? — приподняла Зенти. — Твоим заказчикам, что даже не удосужились тебе предоставить всю информацию или… Или самим «Душам», что не удосужились предоставить тебе всю информацию в прошлый раз? Я угадала?
Рыжая узрела в корень, напрягшееся тело Флоры тому прямое доказательство.
— Я уже сказала вам все, что могла. Максвелл, не важно, веришь ты или нет, я бы действительно хотела оставить вас в покое. К сожалению, я не могу себе этого позволить.
— Прости, Флора, но верим мы тебе или нет действительно не имеет значения, — отвечаю ей. — Я все равно не собираюсь позволять отцу принести себя в жертву, и Барти, думаю, тоже.
Та поджала губы и на миг её взгляд потускнел. Нервничает и скрыть подобное было уже сложнее.
— У этих троих, может, и отсутствует инстинкт самосохранения, но вы-то должны понимать риски, — она снова повернулась к отцу. — Демоны побери, Живчик! За твоей шкурой идем не только мы — ее хотят даже Владыки Демонов! Ты утянешь их за собой в могилу!
— Я уже сказал. Я не могу вам доверять.
Она лишь вздохнула, явно понимая, что переубедить нас не получится.
— Тогда говорить с вами будет он…
С этими словами она сделала шаг в сторону, а затем и толпа солдат рядом с ней начал расходится, пропуская… идущую к нам троицу.
Заметив их отец тут же напрягся и побледнел, а вот мы не совсем понимали, что происходит.
Впереди шел мужчина среднего возраста, но седина волос заставляла его выглядеть несколько старше. Одет в легкие черные доспехи, поверх которых он накинул кожаное пальто. Солнце в таком костюме должно напекать просто зверски, но по этому человеку вообще не было видно, будто ему жарко. Скорее наоборот — от него будто веяло холодом. Взгляд его единственного глаза отдавался чем-то ледяным и неприятным, другой же глаз был закрыт повязкой.
Вторым был блондин с загорелой кожей и при очках. Он был одет не в доспехи, а довольно свободные и даже по виду дорогие одежды, вышитые серебром. В руке он держал весьма крупный чемодан, судя по виду, очень тяжелый, но мужчина удерживал его в одной руке как пушинку. И дело тут не только в силе, и так ожидаемой от серьезного бойца — даже его центр тяжести толком не был смещен. В отличие от первого он весьма добродушно улыбался.
Третья оказалась черноволосая красавица с очень длинными волосами, что она завязала в большую косу. С прямым носом, острым подбородком и большими голубыми глазами, она выглядела как настоящая аристократка и держалась с таким же благородным достоинством. Если бы еще не облегающий доспех, что был стилизован какой-то викторианский костюм с высокими сапогами на шпильках, белым воротником, а также рапирой на поясе, то можно было принять её за благородную леди. Она также улыбалась своими пухлыми губами и мило подмигнула нам.
— Позвольте представить моих старших братьев и сестру, — ровным голосом произнесла Флорайн. — Дельверт старший сын нашего отца, а также Лукас и Моргана.
