Этот кирин был хорошо приспособлен к передвижению по горам. Благо врожденная способность этих животных делало их проходимыми везде. Проблема в том, что он не молод и довольно ленив, потому его порой пинками приходилось двигать. Но когда появлялась опасность, то он забирался на самые вершины, откуда не мог порой слезть. Хорошо, конечно, что наша поклажа остается целой, но все же…
Сказать сложно, но я уже задолбался снимать эту лошадь с каких-то высоких мест. Он будто издевается надо мной и продолжает заниматься всякими глупостями. Будто в заднице у него свербит, и он лазит где попало.
Вот в подобных приключениях мы и провели все эти дни, пока все же не нашли нужное место. Местом оказалась действительно неприметная пещера. Я бы её никогда не заметил, если бы папа не указал. Песок как песок, обычный кусок пустыни в нескольких километрах от скал, но если приспособить ленивого кирина под экскаватор и прокапать на метра три вглубь, то можно наткнуться на здоровенный люк. На обратном маршруте песок придется разгребать уже психокинезом, и я почему-то уже вижу, как эта тварь будет стоять сзади, пока мы работаем, и ухмыляться настолько злорадно, насколько только позволяет лошадиная мимика…
Внутри же все было неплохо обустроено, пускай все давно заброшено и никем не использовалось, наверное, десятилетия. Потому нужно будет сначала немного прибраться, чтобы можно было расположится.
Но сначала важные вещи.
— Скоро начнется буря, — произнес отец, глядя на горизонт, где уже виднелся поднявшийся песок. — Вас она заденет краем, но лучше не выходите наружу. Я же отправляюсь в путь и уведу след как можно дальше.
— Береги себя.
— Вы тоже. Встретимся в Кирухе.
Перед тем как уйти нам пришлось капнуть кровью на кубы Кагемуш, которые потом были брошены в песок и через несколько минут они сформировались в гуманоидные фигуры, отдаленно напоминающие по внешней форме нас, но из песка и камушков. Тут был я, Барти, Крес и даже Трой. Смотрелось не убедительно, но нам и не нужно. Главное, чтобы они оставляли как физические, так и энергетические следы, чтобы быть замеченными.
— А Трой получился какой-то кривой, — заметила Крес. — Так и должно быть?
Да, почему-то он смотрелся каким-то гротеском и косым. Да и морда какая-то скошенная.
— Не уверен, все же я не часто их применял, — задумался папа. — Все же Кагемуши не предназначены для киринов, потому неточность формы вполне нормальное явление. Ладно, идите уже в схрон, чтобы след не слишком расходился.
— Как будем в Анубире, мы сообщим тебе что и как. Жди нашего сообщения.
Если из Новой Спаты с другими городами можно было связаться разве что почтой и пространственной рацией, то тут существовали и более дешевые способы связи. На побережьях были натыканы вышки-ретрансляторы и в другой город можно было даже позвонить… Главное, знать кому. Впрочем, мы заранее условились, где в случае чего будем оставлять сообщения друг другу, благо подобную услугу готова предоставить чуть ли не каждая гостиница.
Пожелав отцу удачи, мы скрылись в убежище и наведя кое-какой порядок и разложившись, я улегся на свой лежак и включил браслет.
Начать эволюцию!
Уходить ему совершенно не хотелось, но он понимал, что иного пути нет. Он оставлял своих сыновей и их подругу тут, а сам собирался сделать нечто опасное и… ужасное.
Как уже и задумал, он сдастся Стальным душам, чтобы отвести опасность от своих детей.
Разумеется, не сразу.
Сначала он доберётся до Кируха, а там свяжется со своими друзьями и знакомыми, чтобы рассказать о своей проблеме. Они помочь ему не смогут, но информация дойдет до куда нужно и распространится, а потому тайно заполучить себе симбионта и остаться без внимания — у них не выйдет. Одно дело, когда его дети что-то расскажут, и им вполне могут не поверить, но если сам Якоб передаст все сведения об этом, то тут начнется веселье. Может даже к их преследователям кто-то присоединиться и можно будет посмотреть кто кого прибьет. Было бы очень неплохо.
Разумеется, это не свергнет наемников с их пьедестала и могущества, но думать о каких-то дополнительных целях им не захочется точно. Будут довольны уже тем, что заполучат его шкуру и уберутся к себе домой, сохранив свои.
Самое веселье начнется, если старина Кощей заинтересуется симбионтом. В прошлый раз ему повезло, и Спящий не обратил на него особого внимания, несмотря на то что информацией о такой диковинке Инквизиция с главой Некромантов уж точно поделилась… Но когда о Симбионте заговорит весь континент, все может измениться.
Он идет по песку, за ним следуют клоны, а позади остается тайник где сейчас сидят его близкие люди.
Остановившись на миг, он обернулся и грустно вздохнул:
— Прощайте, дети мои…
