- Ты боишься, Энди. Ты знаешь, когда я смотрю на тебя, я вижу, какая ты цельная, как много себя ты отдаешь работе и своим боевым искусствам. Я пыталась подобрать к тебе ключик, но у меня не получилось.
Я затрясла головой:
- У тебя не могло получиться, Эйрин. Нельзя выжать воду из камня. Во мне этого просто нет!
Я стукнула себя кулаком в грудь, подчеркивая сказанное.
- Господи, ты такая хорошая! Красивая, умная, жертвенная! Я не могу все время брать и брать, ничего не отдавая взамен. Это нечестно!
Я замолчала, не зная, что еще я могу сказать. И стала ждать ее ответа.
- Три года, - прошептала она. - Три года, и ты готова все бросить из-за какой-то причуды! Да как ты смеешь утверждать, что ты делаешь это для моего же блага? Ты меня совсем не знаешь. Убирайся!
Слезы заструились по ее лицу, у меня в глазах тоже защипало.
- Так будет лучше, - прошептала я.
Она отвернулась и фыркнула:
- Лучше для тебя, ты хочешь сказать?!
Я вздохнула, зная, что мне нечего ответить. Взяв свои ключи, я отыскала среди них ключ от дома Эйрин и медленно сняла его со связки. Дрожащими руками я опустила его на деревянную поверхность стола.
Я отвернулась, потом снова посмотрела на нее. Она закрыла лицо руками и попятилась, пока не уперлась спиной в стену. Ее плечи вздрогнули, и она медленно сползла вниз. Я шагнула к ней, разрываясь между желанием помочь и осознанием того, что я не могу это сделать.
- Я сказала тебе убираться отсюда! – взорвалась она. – Я не желаю твоих утешений! Ты сама это сделала! Ты так боялась чувствовать, боялась впустить кого-то в душу, что теперь ты сбегаешь! Ты в этом чемпион! Так беги! Убегай прочь, только чтобы ничего больше не чувствовать. Похорони себя в своих экспериментах, закопайся по уши в работу, я знаю, ты так и сделаешь! Отгородись от внешнего мира! Только в один прекрасный день он все равно к тебе просочится, и ты не будешь знать, что делать!
Я замерла в ожидании – может, она еще что-то хочет сказать, на дальнем плане сознания промелькнула мысль – а может, я должна что-то ответить… и еще я точно знала, что заслужила каждый удар, который она мне нанесет.
- До свидания, Эйрин, - сквозь слезы я бросила на нее прощальный взгляд, вздохнула и вышла. Она осталась сидеть на полу у стены, сгорбившись и обхватив колени руками.
Я едва помню, как доехала домой. Почти всю дорогу я проплакала. Я знала, что Эйрин было очень больно, что она рассержена, и у нее были на то все причины. Но в глубине души я также знала, что то, что произошло – к лучшему. Я не могла больше делать ей больно.
Я провела ладонью по глазам, потом вытерла нос. Все было кончено.
Мой дом, как обычно, встречал меня темными окнами. Я жила в удалении от города, и ближайшее домовладение располагалось в полумиле от меня. Перечень местных достопримечательностей включал в себя велосипедную дорожку, которой я не никогда пользовалась, и ручей за домом.
Я щелкнула выключателем, прошла к дивану и рухнула на него. Подняв голову, я уставилась на лампу над камином. Ее свет расширяющейся дорожкой отражался на паркетном полу и сходил на нет.
Я вздохнула, пытаясь решить, что же мне делать и внезапно почувствовала, что не могу сдержать рыдания. Я закрыла лицо руками, и плечи мои затряслись в такт всхлипываниям. Три года пропали пропадом, и еще я смертельно обидела Эйрин. Я никогда этого не хотела, но так уж вышло, и винить было некого, кроме себя.
Резко выдохнув, я нанесла удар с разворота и попала точно в центр боксерского мешка. Так тебя! Отклонившись назад, я провела прямой удар и приготовилась нанести задний.
- Черт!
Я промахнулась мимо мешка и упала на пол, задыхаясь, истекая потом и ошеломленная. Я не падала на тренировке с тех пор, как была ребенком. Проклятье, где моя концентрация?
С трудом поднявшись, я потащилась на кухню, чтобы попить. Краем глаза я заметила телефон, и мне захотелось позвонить маме, поговорить с ней. Мне нужно было, чтобы она успокоила меня, раз уж я не могла успокоить Эйрин.
Поставив опустевший стакан на стол, я подняла трубку и набрала семь знакомых цифр. И разочарованно зажмурилась, услышав сигнал «занято». Повесив трубку, я пошла в спальню. Может быть, мне удастся заснуть…
Я разделась, отбросила покрывало к изножью кровати - мне все еще было жарко после тренировки. Я легла и долго глядела, как фары проезжающих машин рисуют на потолке причудливые узоры из света и тени, а потом все исчезает, исчезает… Я закрыла глаза, заклиная сон прийти ко мне.
Сновидения терзали меня, картины, исполненные боли и печали сменяли друг друга, пока я не очнулась с криком, замершим на губах. Сердце тарахтело, дыхание сбилось и, глянув на часы, я обнаружила, что едва пробило два. Зная, что заснуть больше не удастся, я протерла глаза и отправилась в душ. Мне нужно было работать.
Я еще раз посмотрела на образцы, нахмурилась и подкрутила лимб микроскопа, пытаясь увидеть совпадение. Чуть не зарычав от разочарования, я встала и раздраженно взъерошила волосы.
- Приветствую, доктор Литтман!
