Сложнее вышло с платьем. Портной хоть и звался лучшим в столице Кундии, Кайнавасе, а оказался неподступным упрямцем. Всю церемонию Лайсве оформляла согласно новым веяниям эскендерской моды. Корсеты и груды тяжёлой парчи выглядели нелепо по сравнению с летящими одеждами современных светских львиц, да и к положению Лайсве подходили гораздо больше.
В конце концов портной согласился пошить платье с круглым вырезом и высокой талией. Юбка из белого муслина струилась до пят обшитыми тонким кружевом каскадами. Расклёшенные рукава добавляли силуэту особую изящность.
Портной даже удивился во время примерки, как очаровательно смотрелась в этом необычном наряде Лайсве. Лишь тогда он согласился с её выбором.
Время летело. Всё было уже готово, включая угощения и изысканное южное вино.
Гостей собралась уйма! Приехали все, кто находился в месяце пути от Ильзара, даже те, кого не приглашали. Сумеречники, оставшиеся не у дел из-за войны, ждали захватывающего зрелища или хотя бы скандала. Законы гостеприимства запрещали выгонять их, а в состоянии Лайсве рисковать не следовало.
Малообитаемые замшелые камни Ильзара заполнились людьми до отказа. Пришлось убирать заброшенные помещения, наскоро чинить ветхие башни. Но всё равно места не хватило: менее знатные гости расположились в близлежащих городках, Дрисвятах и Подгайске.
Микаш со своим отрядом пропадал в лесах. Он исправно присылал в Ильзар головы демонов. Ко дню свадьбы их набралось девяносто девять. Скорей бы Микаш привёз сотую и успокоился. Хотя может и к лучшему, если он не приедет. Конечно, неприятно, что столько хлопот и денег окажутся потраченными зря, соседи посмеются, но зато остаток жизни не будет испорчен упрёками и обидами.
Леса приграничья кишели разномастными тварями. Доказать заносчивым высокородным, что Микаш за месяц убьёт сотню демонов, не составило труда. Девяносто девять набралось, когда ещё пять дней имелось в запасе. Воины восхищались удалью Микаша и радовались, что он займёт место старого лорда Артаса, слишком осторожного и отошедшего от дел. Но сотый демон никак не шёл в руки.
Лес и вправду оказался заповедным, будто живым, полным духов и потусторонней силы. Повезло, что в походах Микаш научился различать, когда стоит нападать, а когда — пройти мимо, хотя до прозорливости лорда Комри ему было как до света далёкой звезды.
— Нужно возвращаться — на свадьбу опоздаем, — предупредил в последний день Ульрих, новоиспечённый помощник.
Возраста Микаша, он был невысокий и сухой, как большинство белоземцев. Жидкие пепельные волосы казались присыпанными ржаной мукой, из-под нависающего лба в опушке сросшихся кустистых бровей зорко следили бесцветные глаза.
Лорд Артас выделил воинов с условием, что Микаш приблизит к себе его доверенного человека и будет прислушиваться к советам. Надсмотрщика над душой поставили. Но Ульрих держался тихо и особо не мешал.
— Вернёмся, как добудем сотого, — решил Микаш.
На самом деле возвращаться он не хотел, как не хотел и этой свадьбы. Видеть прекрасное личико лживой ведьмы — тоже. Такая же вероломная, как они все! Попользовалась и вздумала бросить, но Микаш не позволил. Хотя зачем? Чтобы помучить Лайсве так же, как она мучила его все эти годы? Или он действительно жаждал, чтобы сказка восторжествовала, и грубая реальность не прикасалась к ней прокажёнными руками, превращая в гниль и плесень? Чтобы было как раньше, светло, тепло и радостно на душе от улыбок и прикосновений любимой, которые ему не предназначались. Почему так трудно отпустить, забыть и жить дальше без любви или того, во что она превратилась?
— Мы можем не успеть. Не нужно расстраивать госпожу Веломри, когда она в таком состоянии, — покачал головой Ульрих.
Мелькнула за осинами тень, сверкнули колдовские глаза. Вот оно!
Микаш вскочил в седло и помчался следом за тварью. Демон или дух? В такой гонке не разобрать. Мелькали подлески и овраги, перемахивал через поваленные стволы лихой конь. Быстрее! Отряд отстал — плевать. Сотый демон падёт к его ногам, и тогда люди увидят, Лайсве прежде всех, что он лучше, он достоин… Достоин её любви!
Тварь замерла на краю большой поляны. Обернул три головы восьминогий лось. Дэдрейка, кажется, так его звали. Только единого мнения по поводу того, дух это или демон не было. На вид не определишь. После гонки аура твари стала агрессивно-бурой. Чутьё предупреждало об опасности, хотя внутри тянуло: отступись. Все демоны мира не растопят сердце красавицы!
Микаш вскинул лук и наложил стрелу на тетиву. Дэдрейка затрубил, глядя на него тёмными глазами. Свистнуло оперение, наконечник вонзился в горло, следующая стрела и ещё одна. Тварь рванула наутёк, но раны замедлили бег.
