По вертикальной поверхности ползет шустрый чувак в набедренной повязке и с огрызками крыльев за спиной, порванные кандалы на руках и ногах немелодично звенькают о скалу…
Очередной полный тьмы тоннель вывел в очередную крошку-долину, но это ладно — долина и долина, сколько их было на пути, но вот СЮРПРАЙЗ (!), случилось то, что и должно было в конце-концов произойти — лишенные карты игроки заперлись в тупик. Дримм скривился как от зубной боли, переглянулся с Туллиндэ и скомандовал привал. Вообще-то никто из них не нуждался в отдыхе, но острожный, обстоятельный фейри давал себе время подумать, вспомнить пройденный путь, прикинуть варианты, а еще собирался поступить так, как чаще всего поступает любой чужак в чужой стороне, то бишь пообщаться с местными обитателями, конкретно, с обитателями этой самой долины-тупика.
Аборигены долины располагались у дальней от единственного выхода стены. Трое странновато выглядевших для этого места мужиков кучковались вокруг успешно притворявшегося столом валуна. На столе-валуне глиняные пивные кружки героических пропорций, кувшины, блюда с обглоданными мослами и ребрами, ждут своего часа игральные кости. Двое обряжены в похожие на фуфайки кафтаны и штаны, третий форсит войлочным колпаком зеленого цвета в крупный белый горох, кожаной жилеткой на голое тело и пышными шароварами такой же веселенько-дебильненькой расцветки как и колпак, только цвет шаровар красный, а горошины на нем синие. Рядом с хозяином колпака стоймя стоит дубина, хотя скорее палица — четыре каменных ''пера'' в вершине. Это единственное видимое оружие на троих. По виду мужики обычные люди, но Дримм прекрасно понимал: такого просто не может быть, не здесь, в самом центре Мира Мертвых, в двух шагах от чертога хозяина всех этих мест, а потому фейри был настороже и готов ко всему. Рядом со спешившимся Дриммом шагали Послушный и Дочка. Туллиндэ и остальные прикрывали их тыл (выход из долины) и готовились поддержать в случае чего.
— Приветствую вас, уважаемые, — первым на общем поздоровался Дримм. Фейри подошел к самому столу, напряженные как струна питомцы застыли в двух шагах позади него.
— И тебе не хворать, фейри, — на том же языке откликнулся один из обладателей фуфаек, лысый как коленка мужик с лопатообразной полуседой бородой. Второй фуфаешник молча кивнул, позер в колпаке улыбнулся полным ртом чрезвычайно крупных железных зубов и жестом предложил гостю присесть.
Дримм не стал отказываться и тут же примостился на один из заменявших стулья валунов.
— Ты уж прости нас, фейри, — повинился обладатель роскошной бороды, — нам нечем тебя угостить, поиздержались мы нонче. -
Хозяин колпака скорчил грустное лицо и как демонстрацию перевернул самый большой кувшин над столом, а потом и вовсе в него заглянул, как будто надеялся что-то углядеть внутри. Не углядел, зато тонкая струйка попала ему прямо в глаз, и колпак с ругательствами швырнул коварный кувшин в сторону здоровенной кучи битых черепков. Молчун зашелся в беззвучном хохоте, глядя как колпак ковыряется в глазу. Лопата-борода еще раз виновато развел руками и предложил альтернативу выпивке и жратве:
— Сыграем? -
Молчун завлекательно тряхнул стаканчиком с костями, колпак оставил в покое глаз и выжидательно уставился на фейри, ждал ответа и бородач.
— Не моя игра, — вежливо отказался Дримм, но прежде чем ожидание на лицах троицы сменилось разочарованием, подсластил пилюлю своего отказа: — Предлагаю выпить за знакомство хорошего вина, — и как фокусник поставил на стол выуженную из сумки бутыль.
— Это дело! — высказался колпак. Все трое явно оживились, кости были немедленно забыты.
Содержимое бутыли ухнуло в четыре глиняные кружки, а потом без промедления отправилось по нужному адресу в четыре глотки. Дримм выпил примерно половину своей порции и поставил кружку на стол, а вот троица намылилась сосать вино до победного конца, хлебая роскошный нектар как какое-нибудь пиво или сок.
Неожиданно фейри застыл, едва не открыв от удивления рот, почувствовавшие его напряжение питомцы потянули мечи, однако Дримм успокоил их незаметным жестом пальцев. Тем временем причина его округлившихся глаз и едва не отвалившейся челюсти — крохотный всего с мизинец ростом гуманоид на столе-валуне, гуманоид погрозил фейри топором размером с зубочистку и быстро побежал к блюду с полуобглоданными ребрами.
— Ух хорошо! — передернул плечами колпак и, сняв свой головной убор, вытер выступивший пот.
— Качественная вещь, — оценил вино и бородач, — давно я такого не пил, — тут он задумался и через пару секунд кивнул, — да, давно, очень давно. Все больше всякая сивуха, а тут…, - он причмокнул и наклонил опустевшую кружку, ловя губами капли со дна.
— Уважил, путник, — наконец-то разговелся и молчун.
Дримм улыбнулся в ответ, краем глаза продолжая наблюдать за крошечным человечком с топором: лилипут вскарабкался на блюдо и как лесоруб осматривает предназначенные для порубки деревья осматривал лес ребер.
