Прошло несколько дней до их новой встречи, и это было так: был воскресный день, Аугуст пришел с работы пораньше; мать была уже дома; Аугуст поел и вышел во двор — ладить телегу: соседи попросили. Он возился там, и вдруг увидел, как по дороге идет Уля, и… и поворачивает голову в сторону их домика, и… и сворачивает к ним, на холм… Аугуст, который мазал как раз дегтем ступицу телеги, кинулся в дом, как дробью подстреленный, чтобы срочно вытереть и помыть руки. Мать встревоженно обернулась к нему:
— Was ist denn los?
— Ничего, ничего, мама: дочка председателя к нам в гости идет. Пирожки еще остались?
— Пирожки на вечер, и на утро: только для тебя! — резко ответила ему мать, но он не слышал: выскочил вон.
А Уля уже подходила к пестрому домику, удивленно, с улыбкой его озирая.
— Здравствуйте. Какая красота! — сказала она выскочившему из дверей Аугусту, — а то мне уже все уши прожужжали: посмотри да посмотри на «немецкий домик» Бауэров… вот, бегу на овчарню, к стригалям, специально крюк сделала… Это Вы так сделали? Все сами?
— Да, мы сделали.
— Кто это — «мы»?
— А кто это — «вы»?
Уля засмеялась:
— Ах, опять Вы… ну, ладно: это ты все сам сделал?
— Сам, конечно.
— Очень красиво. А зачем?
Жар ударил Аугусту в голову, и он ответил:
— А вот подумал: приедет когда-нибудь Ульяна Ивановна из Алма-Аты на каникулы, а ей скажут: «Иди-ка ты посмотри на немецкий домик Аугуста Бауэра», она придет, посмотрит, и скажет: «Ой, как красиво!». Вот для этого и сделал…
Ульяна смотрела на него широко раскрытыми глазами, пытаясь понять, что это за шутка такая странная. Но у Августа Бауэра было красное лицо, и она сама слегка покраснела в ответ:
— Ну… значит… все получилось по плану…
— Да, все получилось по плану…
— А… со стороны сада тоже украшено? — спросила Уля, отделываясь от смущения, — или это только парадный вид такой, для проходящих мимо… потемкинская деревня.
— Какая деревня?
— Потемкинская. Так говорят про красивую показуху.
— Нет, красивая показуха у нас — везде! — гордо сообщил ей Аугуст, потому что я подумал: а вдруг Уля спросит: «А сзади домик тоже покрашен?». Тут Ульяна засмеялась, а Аугуст сказал:
— Пошли, Уля, я тебе все покажу!
Уля обошла домик вокруг и все восхищалась. Аугуст сиял. Из сарая раздался могучий рев слона.
— Что это? — испугалась Уля.
— Это звери наши: премиальные свиньи. Очень большие выросли. Рычат почему-то, а не хрюкают.
Уля захотела посмотреть. При виде ее боровы присмирели и лишь слегка рокотали глубокими басами.
— Хорошие ребята! — похвалила их Уля, и свиньи дружно согласились с ней восторженным классическим свиным хрюком — безо всяких там рычаний. Это было Аугусту даже странно как-то слышать, в связи с чем он и поведал Ульяне историю этих свиней.
