Престарелый художник действительно путешествовал при этом мыслью и памятью по всей своей жизни. Ему хотелось понять что-то главное, хотелось успеть додуматься до чего-то очень важного, до смысла своей собственной жизни и жизни вообще. Ему хотелось знать зачем он был на этой земле, какое и чье предназначенье исполнял, если такое предназначенье было ему дано вообще? А если оно было ему дано, то в чем заключалось? Пройти мимо личного продолжения, завершить на себе линию своих собственных предков с тем, чтобы по странному капризу провидения стать искусственным и нечестным привоем на генеалогической ветви древа Бауэров? Чтобы быть завершающим исполнителем воли настоящего Аугуста Бауэра, и реализовать чью-то высшую волю, предопределившую настоящему Аугусту Бауэру продолжиться через дочь и внука? Почему? Почему его собственная линия должна была остановиться? Почему его собственная дочь Олюшка должна была погибнуть, а линия Аугуста Бауэра продолжиться? Кто это решил? А может быть — никто? Простая случайность в бездонной космической россыпи вариантов? Слепая, никому не подчиняющаяся математика вероятностей, лихорадка бесконечно малых и бесконечно больших чисел? Хорошо, допустим: в результате борьбы случайностей с вероятностями в бездонном пространстве-времени произошла встреча нужных атомов в нужной комбинации при необходимых условиях соединения и, таким образом, как бы случайно зародилась самовоспроизводящаяся материя, то есть — жизнь. Пусть так: жизнь как таковая есть случайность, игра аминокислот, уникальная встреча определенных атомов в бесконечном времени. И пусть долгой цепью последующих и последовательных случайностей в качестве субъекта проявления этой жизни возник некто под наименованием Аугуст Бауэр, и примерно в это же время возник некто другой по обозначению Вячеслав Марченко.
И в силу, опять же, очередной цепочки случайностей линия жизни Марченко пересеклась с линией жизни Бауэра, и произошло то, что произошло. Какова же вероятность такой последовательности случайностей, в результате которой ненастоящий Бауэр сидит на берегу немецкой реки вместо настоящего, и при этом линия жизни настоящего Бауэра продолжается, а ненастоящего — оборвалась? Ответ: ноль. Ноль! — вот вероятность такого сочетания случайностей. Следовательно — это не цепь случайностей, а что-то иное. И это иное имеет название: Разум. Ведь то живое, что сидит на парусиновом стульчике и носит имя Аугуста Бауэра, содержит в себе Разум! Как быть с этим загадочным явлением — Разумом?
Разум является свойством, проявлением живой материи, но не является материей сам. Разум — это воля, это совесть, это осознание своего «я», это понимание того, что такое «хорошо» и что такое «плохо». Совесть не есть материя, но ведь она способна реально управлять материей и ее эволюцией! Как же это: нематериальное управляет материальным? Здесь — некий разрыв в симметрии, нарушение единой логики Природы, которого быть не может, не должно. Но не кроется ли разгадка как раз в этом самом кажущемся разрыве логики?
Еще раз сначала: разум — этот нематериальный феномен существует объективно, и это факт, и единственным известным нам пока носителем разума во всей живой природе является человек. Памятью обладает все живое, и боль умеют испытывать все живые организмы, но только человек понимает причину и смысл испытываемой боли, только человек имеет волю и совесть — проявления разума и души. Почему? Зачем? Зачем эта странная, самопознающая, нематериальная, нерациональная сущность — Разум — понадобилась столь рациональной в своей универсальности Природе? С какой целью?
Тот факт, что конкретный Аугуст Бауэр, наделенный разумом, материализовался не вследствие цепочки последовательных случайностей, имеющей нулевую вероятность, доказывает, что Природа ничего не создает зря, она не делает напрасно ни одного движения, она ни на что не тратит энергию даром: она эволюционирует целенаправленно! А следовательно, движущей силой Природы не может быть Хаос, иначе не было бы жизни — высокоорганизованной материи, отрицающей хаос, материи, выстроенной, напротив, из взаимодействия сложнейших закономерностей.
