В царстве Шумера и Аккада тоже действовали религиозные запреты, но весьма общего характера, не столь жёсткие (перечень прегрешений, наносящих вред богам, представлен в табличке 2 "Шурпу" (30.с199)). В частности, запрещалось: есть скверное для бога; пренебрегать личным богом и богиней и совершать против них преступления; пропускать имя бога в молитве; клясться чужим богом-покровителем и беспокоить богов понапрасну (всуе).
В Ветхозаветном законодательстве же многочисленные религиозные законы и запреты властно вторгаются во все сферы жизни человека, нормируя многие аспекты его бытовой и социальной жизни, психики. Иосиф Флавий, потомок коhенов, полагал, что именно Моисей, "сообразно Божьей воле... не оставил без предписания или определения" (регламентировал) все "поступки, досуг и разговоры... еврея, начиная с рождения на свет... распорядок жизни каждого у себя в быту; ни единой мелочи не оставил на произволение тех, кто станет жить по этому Закону (Моисея)... Он сделал знание Закона самым важным и непременным условием" жизни.
Характерно, что и индуистские религиозные предписания столь же категорично регламентируют жизнь правоверного индуса, "дважды рождённого".
Очевидно, что учение Эхнатона не содержало цивилизаторских культурологических аспектов. Эта (чисто культурологическая) часть законов Моисея (Рауэла-Мери-Ра), по всей вероятности, отражает типичную, традиционную, древнеегипетскую ментальность. На почве внедрения таких законов (долженствующих возвысить евреев-рабов до уровня египтян, - высшей расы), вероятно, возник не один конфликт ("Должен ли Рауэл диктовать евреям, как вести себя и о чём говорить"). Как повествует Ветхий Завет (Втор.9.24), претензии начали возникать ещё в Египте: "Вы были непокорны Господу с того самого дня, как Я стал знать вас". Через полтора-два месяца после Исхода "сказал Господь Моисею: долго ли будете вы уклоняться от соблюдения заповедей Моих и законов Моих?". "Строптивы перед Господом" были и этические левиты (Чис.16.8,11), и симеониты (43-2.с157). Уж слишком резким оказался переход от "либеральной" месопотамской духовной раскрепощённости, мягкого религиозного и житейского климата, к жёсткой регламентации Закона Моисея-Рауэла. То, с каким трудом евреи осваивали Закон, иллюстрирует речь Зимврия, вождя Симеонова колена (43-2.с157): "Ты, Моисей, сле- дуй (сам) тем законам... к которым ты приучил народ путём продолжительной практики... Отняв у нас всякую усладу и самостоятельность жизни, каковые качества являются уделом свободных... ты до сих пор... навязывал нам под видом законов полное порабощение... Ты... готов наказывать всякого, кто бы поступил не по Законам, а по собственному усмотрению". Даже левиты (43-2.144), возглавляемые Кореем ("Кор-ей" - "Хор-ей", вероятно, египтянин), утверждали (заявляли), что Моисей "издаёт насильственные постановления" (слишком "закручивает гайки").
О реакции евреев на требования по исполнению Закона Моисея И. Флавий (43-2.с152) писал сле-дующее: "Они (евреи) считали для себя полезным... освободиться от тирании Моисея ("от образа жизни по его желанию" (Закону)), которую они сносили лишь в силу благодарности за освобождение их от египетского ига" (из "печи железной"). Таким образом, в быту евреи стремились избегать рамок Закона Моисея, ущемляющего их традиционные личные права. Как поясняет С. Крамар (9.с14): "Жи-тель Шумера (инстинктивно) глубоко осознавал свои личные права и противился всякому покушению на них, будь то сам царь, кто-либо старший по положению или равный" (эта черта присуща и евреям).
Первое серьёзное столкновение идеологических концепций эхнатонизма и месопотамской "веры отцов", свидетелем и участником которого сделался Моисей, произошло у библейской горы Синай (Хорив). Ветхий Завет рассказывает об этом инциденте довольно подробно: "Когда народ увидел, что Моисей [отправившийся за Скрижалями Завета на сорок дней] долго не сходит с горы, то [народ] собрался к Аарону и сказал ему: встань, и сделай нам бога, который бы шёл перед нами" (ибо пророк нового бога пропал, люди остались без связи с божеством, а человек Древнего Мира не мог, страшился, прожить и дня без божественного присутствия и руководства, опеки и защиты свыше). И жрец левитов Аарон, ни мало не колеблясь в выборе божества и его эмблемы, собрал нужное количество золотых изделий и отлил из них "золотого тельца" (эмблему личного и родоплеменного бога левитов, иудеев и семионитов). "И сказали они [народ]: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской!.. Аарон поставил пред ним [тельцом] жертвенник, и провозгласил: "Завтра праздник Господу" (символизируемому тельцом). На другой день они встали рано, и принесли всесожжения и привели жертвы мирные; и сел [весь] народ есть и пить" (Исх. 32.1-6).
