Глупости. Я шагнул, осторожно, чтобы не потерять, вытягивая сапог из вязкого ила. Однажды мама мне уже рассказывала к чему может привести продажа столь дорогого трофея. Конечно, здесь не Нулевой, но жадность никто не отменял. Мне не хватало ещё проблем со старейшинами Шепчущего. Да и глупо это – продавать трофей с Царя, которого нельзя убивать. Жаль конечно, что Черепаха сожрала старейшин вместе с их кисетами, не оставив мне трофеев. Может где-то здесь в грязи и валяется копьё Флета, но искать его желания нет. У меня есть немного духовной яшмы Пратия и из казны лагеря. Вещи со склада. Продам то, что не будет вызывать вопросов, а остальное оставлю себе.
А действительно? Зачем продавать? Я остановился, опустил взгляд к поясу, где висел кисет. У меня ведь есть кому его скормить. И никто ничего не узнает. Насколько сильным станет мой Призрак Флага Сотни Убийств, если дать ему ядро Царя? Но… Я оттёр чёрный и вонючий ил с кисета, борясь с новыми сомнениями. А если он станет настолько сильным, что вырвется из-под власти Флага и нападёт на меня? Нет. Глупости. Так себя он вёл, лишь когда слабел от ран, и верх над погибшим Мастером брали другие души. Может напротив, это способ освободить его из-под власти Флага?
Думаю в Шепчущем я сумею найти тех, кто знает такие вещи о сектантах. А если окажется, что мои предположения верны? Где я там возьму лишнюю духовную яшму или ядро Царя?
Я обернулся, снова оглядывая рану Черепахи, а затем решительно двинулся обратно. Иметь в запасе лучше, чем не иметь.
Мне главное, суметь убежать отсюда, если единственный удар, который я себе позволю, не увенчается успехом. Я добрался почти до самой шеи и замер, представляя, как буду действовать. При этом не позволял себе даже глядеть на рану Зверя, опустив глаза к бурым водорослям под ногами. Не хватало ещё, чтобы Царь почуял опасность и обернулся.
Что мне нужно будет сделать?
Пронзатель вынуть, вытянуть вперёд, повернуть голову, прицелиться в рану, снять Указ, наполнить технику Звёздного Клинка. Удар. И тут же Рывок влево, к кромке болота. Так далеко, как только могу, чтобы не оказаться в ловушке водяных стен, как орденцы. А там уже либо ждать, когда Царь умрёт от потери крови или бежать. Отлично. Это вполне возможно.
Я поднял Пронзатель, взглянул на пульсирующую жилу в ране Зверя, готовясь к удару, и вздрогнул от спокойного мужского голоса:
– Даже не думай об этом.
Не могу сказать, что этот голос прозвучал неожиданно. За последние дни такие моменты случались слишком часто. Казалось бы, давно миновали времена, когда двое Тигров в амулетах Тихого Шага смогли застать меня врасплох в лесу. С тех пор я стал опытнее, сфера боевой медитации в несколько раз выросла, я даже научился ощущать жажду убийства. Казалось, что никто больше не сумеет подобраться ко мне незамеченным. И вот… Снова!
Я едва не сбросил с себя Указ, удержавшись в последний момент, но вот древко Пронзателя сжал так, что онемели пальцы. Убрать ограничение своего возвышения сейчас не лучший выбор. Да и к чему? Пусть Закалкой мои чувства приглушены, а мир словно выцветает, но то, что между лопаток нет ощущения шипа или кинжала, этой странной острой тяжести, нет жара опасности, намекает: стоящий за спиной, не желает убить меня здесь и сейчас.
Совладав и с удивлением, и с готовностью бежать и сражаться, успокоив гулко стучащее сердце, я повернулся и замер в изумлении. Ожидал увидеть за спиной опасного человека, который не только сумел подкрасться ко мне по болоту, но и до сих пор оставался незамеченным Царём. А обнаружил перед собой мужчину, немногим старше моей мамы, который… висел в воздухе, скрестив ноги.
Он выглядел так, словно занимался медитацией – эта поза, спокойный взгляд полуприкрытых глаз, красиво расправленный на коленях белоснежный плащ. Особенно в сравнении со мной, не раз окунувшимся в болотную жижу с головой. На одеждах незнакомца не было и пятнышка.
Он был вообще удивителен во всём. Он летал. Сам. Словно передо мной герой сказок. Это возвышение… не меньше, чем Властелин Духа. Невольно я сглотнул вставший в горле ком и напомнил себе, что нужно дышать, а равных по возвышению идущих я уже видел.
Первым делом, оценивая противника и его силу, я привык глядеть на волосы. Но… У того, кто висел передо мной они обычные карие, без следа хоть какой-нибудь стихии. А даже Земля и её оттенки разительно отличались от обычного цвета волос. В незнакомце я вообще не ощущал противника – я его лишь видел. Картина, а не человек. Пустое место. Более того, над его головой я не разглядел ни единого Указа или контракта. Единственное, что приходило мне на ум, это дух. Больше всего незнакомец походил на Каори: безупречные черты лица, наглядно показанная сила, которую я не ощущаю, отсутствие печатей.
Я медленно коснулся кулаком кисета, убирая в него Пронзатель, согнулся, пытаясь одной рукой изобразить поклон идущего к Небу:
– Младший приветствует уважаемого духа.
Вот только мои слова вызвали у незнакомца смех:
