Исключение из правил полностью

– Хорошо, если ты так хочешь, – отвечаю, смотря на парня.

– Отлично, – напряженные плечи расслабляются, а на его лице промелькнуло облегчение.

Закинув руку мне на плечо, мы направились на урок истории. Один из самых ненавистных для меня предметов. И здесь не причем то, что я ничего не знаю. Я историю знаю, и довольно хорошо. А все из-за мистера Хиса – нашего учителя истории. Не знаю, чем я ему не угодила, но он никогда меня не любил. С самого первого дня пытался завалить. Задавал каверзные вопросы. Давал именную контрольную по годам, которые мы еще не изучали. И все для того, что бы я завалила его предмет. Но фиг ему. Я всегда выходила сухой из воды. Раньше, я бы сказала, что мне везло. Я знала темы, которые мы проходили. Хотя на самом деле я ничего не учила, и даже учебника никогда не открывала. Но отлично знала историю. Сдавала контрольные на твердую четверку, а на уроках отвечала довольно хорошо и подробно объясняла детали тех или иных событий.

– Никогда в жизни не любил историю, – говорит Питер, как только мы заходим в класс истории, и садимся на свои обычные места. Я сажусь на третью парту ряда у окна, а Питер за мной.

– Ты просто ее не знаешь, – отвечаю, ухмыляясь, повернувшись спиной к парню.

– Возможно, но что бы любить историю не обязательно ее знать. Ты вон тоже не любишь историю, но отлично ее знаешь, – говорит Питер за моей спиной. Он перегибается через парту, так что бы его лицо оказалось рядом с моим плечом. – В чем твой секрет? Как тебе удается все это знать?

– Не знаю, – отвечаю, не смотря на парня, и безразлично пожав плечами.

«Знаешь», – ехидно подмечает Вирт. – «Только ему об этом знать не обязательно».

– Точно, – шепчу, усмехнувшись.

– Ты о чем? – недоуменно спрашивает Питер, вырывая меня из моих мыслей.

– А? – рассеяно поворачиваю голову, смотря в лицо парню.

– Ты только что сказала «точно», ты о чем? – спрашивает он, пристально рассматривая меня.

Пару секунд думаю о том, что ему сказать. Это ведь было не ему. Но как ему это объяснить? Хотя…

– Да так, мысли вслух, – неопределенно взмахиваю рукой.

– Ясно, – отвечает Питер, садясь обратно на свое место, как только прозвенел звонок на урок, и мистер Хис встал из-за стола.

А вот и начало моего ада.

У меня уже почти весь урок горит затылок из-за человека, который уже дыру просверлил у меня в голове благодаря своему взгляду. Но каждый раз, когда я поворачивалась, все сидели, уткнувшись в тетради, телефоны или слушали мистера Хиса. И только когда я разворачивалась обратно, мой затылок снова начал прожигать чей-то настырный взгляд. В конце концов, что бы узнать личность этого человека, угрожающего моему затылку дыркой, у меня есть другое существо.

– Ты знаешь кто это? – шепчу, опустив голову вниз и сделав вид, будто что-то читаю в своем конспекте.

«Новенький. Соседний ряд, четвертая парта».

– Он меня немного нервирует, – шепчу, даже не пытаясь повернуть голову в его сторону. Я и так чувствую его взгляд на своем затылке.

«Меня тоже».

– А тебя почему волнует?

«Мне он не нравится. Ну, в смысле, от него темная аура исходит. И она мне не нравится».

– Ты о чем? – спрашиваю, на секунду осмотревшись по сторонам, что бы удостовериться в том, что на меня никто не обратил внимания. Фух, все занимаются своими делами. А то было бы странно, если бы кто-то из моих одноклассников увидел, как я говорю сама с собой. Ну, для них это так и выглядело бы.

«Я тебе подробней об этом расскажу, когда мы с тобой сможем быть на открытом пространстве. Там, где нам будет удобно разговаривать».

– Мисс Дарк, вы меня слушаете? – поднимаю голову на голос мистера Хиса.

Мужчина стоит рядом со мной, сложив руки на груди и гневно сжав губы.

– Конечно, мистер Хис, – отвечаю, понимая, что нет, не слушала.

– Тогда расскажите, что за тему мы сегодня обсуждаем? – на секунду мне кажется, будто в глазах мистера Хиса появилось некое превосходство.

«Великая эпидемия чумы в Лондоне в 1665-1666 годах», – подсказывает мне Вирт.

– Великая эпидемия чумы в Лондоне в 1665-1666, – отвечаю, в ответ смотря на мистера Хиса.

– И чем же так знаменита эта эпидемия? – вот черт. Один раз не послушала, а теперь будет допрашивать до самого конца.

–Она больше всего запомнилась тем, что это бедствие стало одним из самых знаменитых проявлений болезни в Англии. А также тем, что за год от этой болезни умерло приблизительно 100 000 человек, то есть 20% населения Лондона, – ух ты, а я даже и не думала, что знаю это. Хотя я даже не представляла, что такая эпидемия вообще существовала.

Спасибо, Вирт.

– Хорошо, мисс Дарк, – уклончиво отвечает мистер Хис. – Вы слушали меня.

И разворачивается ко мне спиной. Не могу удержаться от того, что бы не показать язык его затылку.