Исключение как правило полностью

Изучение других сложных по составу единиц, прежде всего служебных слов, до последнего времени оставалось маргинальной областью. В русистике можно назвать лишь локальные исследования этого вопроса. Так, относительно хорошо разработана проблематика союзов – эквивалентов слова [Колосова & Черемисина 1987а, 1987b; Ляпон 1988а, 1988b]. Т. А. Колосова и М. И. Черемисина обращают внимание на так называемые «скрепы», или слова, выполняющие в предложении союзные функции. Часть единиц этой группы (потому что, так как, несмотря на то что и др.) являются многокомпонентными, за ними закрепляется термин «функтив».

Предложив в монографии [Колосова, Черемисина 1987b: 136–180] структурную классификацию скреп, авторы закладывают основу для систематизации союзов – эквивалентов слова. По мнению ученых, необходимо определить статус подобных единиц, их отношение к обычным типам фразеологизмов, определить их частеречный статус, их отличие от одноместных союзов.

Близкая по объекту исследования статья Ляпон [1988а] посвящена релятивной лексике (прежде всего союзам, а также частицам, наречиям и модальным словам, функционирующим в роли квалификатора отношений). Объектами наблюдения в указанной статье становятся не только такие единицы, как если… то, конечно… но, едва… как, но и не успел… как, достаточно… чтобы и др. Исследовательница отмечает неразработанность проблемы идиоматизации служебной лексики, обозначая в то же время теоретическую сложность исследования подобных явлений. В работе отмечается, что служебные фразеологизированные единицы занимают особое положение в системе языка, оставаясь на грамматическом уровне абстракции и участвуя в образовании особых «синтаксических фразеологизмов», «фразеосхем». В этом, по мнению автора, их принципиальное отличие от лексических фразеологизмов[14].

В работе А. А. Лучик [1999] предлагается квалификация наречных эквивалентов слова, построенная на описании структурных схем, созданных в рамках традиционной концепции «Русской грамматики» 1980-го года. И хотя в работе вопрос о статусе и принципах выделения подобных эквивалентов слова подробно не обсуждается, автор выделяет 40 базовых моделей, самыми представительными из которых оказываются модели с начальным предложным компонентом (вне очереди, во всеуслышание и др.), затем следуют модели с начальным компонентом – наречием (просто так), местоимением (чего ради), частицей (не спеша), союзом (и все), междометием (ой как).

Систематичное описание интересующие нас единицы получили в нескольких работах лексикографического характера. Укажем на основные из них. Два издания словаря Р. П. Рогожниковой («Словарь сочетаний, эквивалентных слову» [Рогожникова 1983] и «Словарь эквивалентов слова» [Рогожникова 1991]), очевидно, представляют собой первый в русской лексикографии опыт описания многокомпонентных служебных единиц. В словаре [Рогожникова 1991] отмечается 1200 таких единиц, для которых приводятся частеречные характеристики, значение и иллюстрации. «Толковый словарь служебных частей речи русского языка» [Ефремова 2001] представляет собой первый опыт систематического и последовательного представления всех служебных единиц русского языка (к которым причислены наречия и предикативы). В словаре описано более 22 000 единиц, часть из которых составляют «многословные образования» (более 2000 единиц). И в этом состоит одно из оригинальных решений автора: