— Ох, Александр-Александр… — вытерла мокрые щеки леди Элизабет. Отмахнувшись от помощи Берли, наконец поднялась, улыбаясь, словно видела перед собой двух безумцев. — Куда вы уйдете вдвоем? Как далеко?.. — участливо спросила она, но в заботе сквозила застарелая ненависть: — Александр, я дам за твою голову такую награду, что вы нигде не укроетесь — ни в Тумане, ни под Холмами. Ты можешь бежать бесконечно, но сколько порталов переживет твой мышонок?.. Пять? Десять?.. Дюжину, если повезет?.. Ты знаешь, что будет с ней дальше…
Я тоже знаю, — зажмурилась я, теснее прижавшись к магу. — И пусть!.. Лучше так, чем…
— Поверь мне, не лучше, — сказала Королева. — Александр, неужели ты допустишь, чтобы Этансель умерла? Тини Хорн тебя исцелила, не побоявшись проклятия, отдала свою суть… А чем ради нее готов пожертвовать ты? …Молчишь? — усмехнулась леди Элизабет, и я почувствовала, что плечи Алекса каменеют. Зачем он все это слушает?! Он ведь сам просил ей не верить!
Я уперлась в грудь мага, надеясь его увести, но не сдвинула Александра даже на дюйм.
— Алекс, пожалуйста… — Я хочу уйти. Просто уйти, и неважно, сколько времени я проживу!
— Недолго. — Смешок Королевы отдался в ушах расколотым звоном бокала. — Ровно столько, сколько потребуется, чтобы избавиться от Найтли, Сент-Клера и прочих, кого они приведут. Ты действительно думал, что я их не услышу?.. Они же так близко, Александр. — За спиной чертыхнулся Дадли, но тон Королевы остался презрительным и холодным. — Вам стоило присоединиться к празднику вместе и не тратить мое время на… это…
— О нет, мадам, мы не вместе, — покачал головой Александр. Я поняла, что он улыбается. — Эти благородные джентльмены всегда были
— Разве это что-то меняет? — выкрикнула Мэри-Агнесс.
Я обернулась на голос и съежилась, увидев Старую Кровь в своей прежней подруге. Скулы Мэри поднялись и заострились, покрылись чешуйками, растрепанные черные волосы, казалось, вот-вот зашипят. Серебряная чешуя мелькала на шее, в прорехах платья, покрыла руки с потемневшими пальцами — антрацитовые когти Мэри-Агнесс были длиннее, чем у Уилбера. Прежними остались только злые глаза с вертикальным зеленым зрачком. Смотрела она прямо на меня.
К горлу подступила тошнота. Ноги вдруг задрожали — сильнее, чем при звуках органа, больше, чем от встречи с Королевой, — если бы Алекс не держал меня, я бы упала. Борясь с подступающей паникой, я уткнулась в его грудь и до крови прокусила щеку: мне без Мэри есть о чем волноваться. Нас окружали самые сильные маги королевства, может быть, мира — Леди Элизабет, Уильям Сесил, Роберт Дадли, Фрэнсис Уолсингем, Уилбер, еще двадцать Гончих, переживших атаку своей госпожи, — почти что малая армия. Они приготовили сеть для Александра и капеллу с Распятием из метеоритного железа, не позволяющего нестабильному магу активно использовать ментальный дар. Королева привела меня, закрылась своими людьми, продумала каждую мелочь, а те, кто должны нам помочь, почему-то опаздывают!..
— Видите ли, леди МакЛорак, то, что Сент-Клер идет
…потому что Королева предусмотрела все, кроме направления удара. Леди Элизабет знала, что мятежники хотят убить ее, но ей и в голову не пришло, что слишком независимого Райдера тоже попытаются уничтожить.
Белая Башня сотряслась от громового раската. Мощное заклятие, ударившее в старый фундамент, обрушило стены, размололо опоры и перекрытия, погребая под норманнским камнем всех, кто собрался в капелле. Пол ушел из-под ног, и лишь за мгновение до того, как на нас с Александром рухнули своды, драконьи плетения загорелись ярким оберегающим солнцем.
Но даже оно не спасло.
Голову будто залили свинцом — тяжелым, горячим; обжигающие капли, стремительно остывая, сочились по скуле. Спину кололи обломки. Кажется, я потеряла сознание — на минуту, может быть две, а открыв глаза, захлебнулась кашлем от пыли.
И тесноты.
В первое мгновение я подумала, что нас завалило: справа, слева, вверху — всюду, чего ни коснись! — был камень и разбитое вдребезги дерево. Я не могла встать, не могла сесть, не могла найти Александра, в полумраке ощупывая кладку, как крышку гроба, и от приступа паники закололо в груди:
— Алекс!.. Алекс!
— Я здесь. — Маг сжал мою лодыжку, рывком развернув, вытащил меня наружу и сразу закрыл рот ладонью: — Не кричи.
Он нависал надо мной, но словно не видел; его зрачки светились в дыму как два уголька.
— Не кричи, — повторил Александр, прислушиваясь к треску пожара. — Не беги. Будь здесь, Этансель, ты поняла меня? …Я должен закончить кое-что прежде, чем мы уйдем.
Я закивала, едва дыша носом, и только тогда он убрал руку с губ.
— Прячься, там безопасно, — велел Александр, подтолкнув меня обратно.
— Хо… хорошо…
Распарывая платье, я втиснулась в узкий лаз. Под локтями и коленями хрустело стекло. Корсет скребла балка: один ее конец ушел в землю, другой на высоте пяти футов уперся в валуны фундамента, удерживая на себе куски кладки и образуя расширяющуюся к устью каверну. Я вползла в нее и приникла к щелям.
