Я спокойно училась на факультете боевых магов и с энтузиазмом готовилась к тому, что остаток жизни буду месить грязь на болотах, уничтожая зомби и упырей, пока на свадьбе подруги случайно не разбудила древнего могущественного бога. Который, едва успев проморгаться, заявил, что я обязана стать его женой.Но в прошлом я поклялась, что никогда не свяжу себя браком ни с одним мужчиной, и теперь, даже если захочу выполнить требования пробужденного, уже не смогу этого сделать. К счастью, я и не хочу. Однако он настаивает.
Камней и ветра безнадёжный кров,
Пустынный, как и ледяное сердце
Того, кто миру разрешил согреться
В пылающем мерцании костров.
Их зажигала своей кровью жрица,
Рождённая из первых в мире искр.
Он распалял и нес тепло в наш мир,
Но её сердце перестало биться.
Душа миров, огонь из недр земли,
Он в пепел обращал народы,
А тех, кто жаждал не мирской свободы
От "милости" его едва спасли.
Пылали реки в мертвенных останках
Когда-то плодороднейших земель.
Стоят они надгробием теперь,
В любви признаньям, поцелуям жарким.
Под старым храмом, в зиму возведенном,
Она заточена теперь во льдах,
Детьми, забывшими уже о тех богах,
Что их избавили от страха в мире тёмном.
Рождённый в пламени почти уже угас,
И чтобы сохранить тепло надежды,
Пленил себя в гранитные одежды,
И в них ждёт Искры возвращенья час.
Букет невесты полетел над головами гостей. Я следила за его движением отстраненно, гадая, какой же из сокурсниц или сестер красавицы Эйлы повезет, и как-то проглядела тот момент, когда цветы шлепнули меня по лицу. Рефлекторно поймала и уставилась на них, не особенно понимая, что с ними делать. По традиции, поймавшая сие счастье девушка должна передарить его мужчине, который ей нравится, но вот беда – ни среди гостей, ни среди всех мужчин в мире такового не найти.
– Если не знаешь, кого выбрать, деточка, кинь букет через плечо – наудачу, – улыбнулась пышная, приятная женщина лет пятидесяти – кажется, мать Эйлы, но я всех гостей я как ни старалась, еще не успела запомнить, так что уверена не была.
С благодарностью улыбнувшись незнакомке, я тут же последовала ее совету и под всеобщие ликующие крики повторила жест невесты, подбросив букет в воздух. В следующий миг кто-то удивленно ахнул, приятная гостья сделала рукой охранный божественный знак. Удивленная, я обернулась и не удержалась от смеха: немного не рассчитала силу, и свадебный букет приземлился на каменный постамент, прямо под лапы дракона.
Вслед за мной после недолгого удивления засмеялись и остальные гости, только та незнакомка, что посоветовала мне кинуть букет, посматривала на статую с опаской.
Я уже хотела отвернуться и забыть о забавной оплошности, когда заметила, как дернулось каменное крыло. С него посыпалось мелкое крошево, которое с тихим шорохом упало прямо на лапу. Затем дернулись и когтистые пальцы.
Я покосилась на гостей, но они уже отвлеклись, поздравляя молодую пару, и не замечали, как каменный дракон выпрямил сначала одно, котом другое крыло, размял плечи и поднялся. Только когда он с грохотом спрыгнул на брусчатку площади, все разом замолкли и обернулись.
На кончиках моих пальцев уже плясали огненные искры атакующего заклинания, но я медлила, не пуская его в дело. И не напрасно: дракона окружили языки пламени, он тихо зарычал, скрываясь в них почти полностью, и через пол минуты перед удивленно замершими гостями стоял высокий мужчина с татуировкой на правой щеке, в глазах которого плясали золотые искры. Одежда его состояла из какого-то не поддающегося определению рванья, но и в ней он выглядел как древний король, сошедший с эпических полотен. Тело, будто отлитое из бронзы, сильное и стройное, волевой подбородок, орлиный нос и низковатая линия бровей, которая придавала еще больше суровости и без того тяжелому взгляду.
Я привычно запустила маленькое разведывательное заклинание, пытаясь понять, что за существо стоит передо мной, но незнакомец отмахнулся от него, как от осеннего листа, и я успела лишь понять, что он очень силен, но сейчас ослаблен долгим отсутствием движения.
– Кто положил их сюда? – незнакомец резким жестом указал на цветы, его голос, почти не отличавшийся от рыка каменной статуи, набатом разнесся над площадью.
– Я, – и так стоявшая ближе всех к странному существу, сделала шаг вперед.
Руки опустила, но атакующее заклинание деактивировать не торопилась. Кто знает, может, он захочет убить меня из-за того, что я потревожила его драгоценный покой?
Ожившая статуя окинула меня холодным изучающим взглядом, а я судорожно пыталась припомнить все, что когда-либо слышала об этой странной скульптуре. Выходило немного: изображение какого-то древнего бога огня, который по легенде умел обращаться в дракона. Последний раз служителей его культа казнили, кажется, лет пятьсот назад, и с тех пор о нем ничего не слышно. За что их преследовали и почему повелитель огненной стихии исчез, хотя остальные продолжали контактировать с людьми, никто до сих пор не знает. Рассказывают много баек о злой силе черного дракона, с которой боролась доблестная церковь Единого Света, но в них верится слабо, ведь огонь – тоже своего рода свет.
– Кто ты? – после долгого молчания спросил незнакомец.
– Ревилия Сайрин, студентка четвертого курса академии магии, – коротко представилась я, и хотела задать незнакомцу тот же вопрос, но не успела.
– Я спрашиваю, кто ты, а не где ты учишься, – пренебрежительно отмахнулся жуткий мужчина и продолжил буравить меня холодным взглядом.
