Это явно было что-то, связанное с его семьей, она была в этом уверена. Она никогда не видела его с братьями, но когда они упоминали их в разговоре, его голос всегда становился жестким. Несмотря на то, что она полюбила проводить время вместе с ним, она не переставала думать о том, что он приходит к ней потому, что старается избежать общения с братьями. Даже по утрам он растягивал время, как мог, пока она не осознавала, что и ей пора ставить спринтерские рекорды, чтобы добежать до дома и успеть в школу вовремя.
Она протянула руку и убрала прядь волос с его глаз. Он повернул голову и поцеловал ее в запястье.
Лэйни напомнила себе, что надо бы сконцентрироваться.
— Как это, когда у тебя брат-близнец?
Он закрыл глаза и тяжело вздохнул.
— Я не знаю, как ответить на этот вопрос, и никогда не знал. — Он сделал паузу. — Я могу также спросить тебя, как это, когда у тебя нет брата-близнеца?
— Да ладно, — она поддразнила его, стараясь поднять его настроение. — Вы заканчиваете предложения друг за другом. Чувствуете боль, когда болит не у тебя.
Он фыркнул, он не притворялся.
— Нет.
— Вы с Ником все еще не разговариваете?
Он слегка пожал плечами.
Она почувствовала, что он немного отстранился от нее.
— Почему ты не расскажешь мне, что произошло?
Его взгляд стал жестче.
— Почему тебя это волнует?
Она скопировала его тон.
— Почему меня это не должно волновать?
Ей показалось, что он отмочит что-нибудь резкое ей в ответ. Она напряглась, ожидая слов, вырвавшихся в гневе.
Но он просто выдохнул, прокатился по траве и лег рядом с ней.
— Я не уверен даже, с какого места начать. Он привел Квин домой на ужин, и я просто… нашел повод для драки. Я даже не понимаю, зачем.
— Она тебе нравится?
— Нет, нет дело совсем не в этом. Мы не конфликтовали, но в тот раз как-то все вышло из-под контроля. Я почти... все могло быть хуже. Майкл и Крис разрешили конфликт. И Хантер тоже.
Конечно, там было много еще чего. Она считывала это между строк.
— Что еще, — спросила она.
Он смотрел в небо, практически на солнце. По идее, глазам должно было стать больно, но он даже не щурился.
— Все сложно.
— А ты попытайся объяснить.
Он нахмурился, и она подумала, что он не собирается больше ничего рассказывать. Но затем он повернулся и посмотрел на нее.
— Если бы я мог все сделать по-другому, но... Я не могу. Они не поймут. Особенно Ник. Я хочу сказать, что он почти идеален. Никогда не попадает в переделки, постоянно прикрывает мою задницу, когда я умудряюсь напортачить. — Он снова уставился на солнце. — Ты знаешь, он пострадал сразу после выпускного. Это была моя вина. Я даже не смог помочь ему. Он не обвиняет меня, но я-то знаю. Я просто…
— Ты винишь себя.
— Да.
— И ты злишься на него за то, что он не винит тебя.
Ее слова попали в точку, он посмотрел на нее.
— Угу. Как ты догадалась?
Лэйни думала о своей матери, о том, как сильно она ненавидит ее за то, что она бросила свою семью, и то, как она обвиняла себя за то, что не была идеальной дочкой.
— Поверь мне. Я обвиняю себя каждый день.
Габриэль ничего не ответил. Тишина внезапно стала гнетущей.
Она поняла только часть из того, что он говорил, но остальные детали могут подтянуться и попозже. Он вообще впервые рассказал хоть что-то, и она не хотела останавливать его.
— Ты пытался поговорить с Ником? — спросила она.
Габриэль дернулся.
— Да. Нет. Все сложно.
Он снова перевернулся на другую руку. Она ощущала его горячее дыхание сквозь куртку. Она хотела задержать дыхание, как будто малейшее движение могло спугнуть его, и он мог помчаться вниз по тропинке.
— Я думаю, я просто сорвался, — сказал он. — Иногда мне хочется, чтобы я никогда не начинал этот конфликт, но тогда это было какое-то помутнение рассудка, переломный момент. — Он придвинулся ближе, его голос набирал обороты.
— Понимаешь, ты перебираешь в голове события и добираешься до момента, который вовсе не казался важным в тот момент. Но потом ты восстанавливаешь все в памяти и понимаешь, что одно это мелкое решение перевернуло твою жизнь с ног на голову. Если бы я не злился тогда, мы бы не подрались. Если бы мы не подрались, я бы никогда не рванул оттуда той дорогой, которой я поехал. Если бы я не уехал оттуда, я бы не… — он запнулся.
Она посмотрела на него. Его глаза были широко открыты, грудь вздымалась от того, как он быстро дышал.
— Расскажи мне, — сказала она. — Просто расскажи мне.
Он дернулся и отвел взгляд.
— Это произошло в тот вечер, когда я подвез тебя до дома, — ответил он жестким голосом. — Я был в бешенстве. Я не мог нормально соображать. Я бы не… Я не могу. — Он сглотнул.
— Пожалуйста, — сказала она.
— Я не хочу, чтобы ты меня ненавидела.
Ненавидеть его? Что же это может быть? Он бы не что?
Он был зол. Был за рулем. Лэйни знала слишком много случаев из дел своего отца, так что ее воображение нарисовала ей множество разных картинок.
— Ты кого-то сбил? — прошептала она.
— Нет, — в его голосе послышался шок. — Нет, совсем наоборот.
