— Это мои родители, — тихо сказал Лукас.
Я немедленно выпрямилась, посмотрев вниз на свой наряд. Было ли это уместно? Неужели я что-то пролила на себя за обедом? Я мог быть неуклюжей.
Лукас поцеловал меня в висок.
— Ты прекрасно выглядишь, и я уже говорил тебе, что они тебя полюбят.
Энсон изучал группу через окно.
— Выглядит чертовски официально.
Холден выпрямился.
— Папа сказал, что ему есть о чем с нами поговорить.
— Не знаю, смогу ли я выдержать еще много сброшенных бомб, — тихо сказала я.
Кин повернулся, прижимаясь своим лбом к моему.
— Да, сможешь. Ты сильнее, чем думаешь.
Какое-то движение привлекло мое внимание, и Вон вышел из леса, направляясь к внедорожнику.
— Почему я чувствую, что у меня неприятности?
— Думаю, ему тяжело находиться вдали от тебя весь день. Это нервирует его волка, — объяснил Кин.
Я жестом попросила Лукаса выпустить меня. Он открыл дверцу и выпрыгнул наружу. Я последовала за ним, но продолжала двигаться, направляясь прямо к Вону. Легкая дрожь пробежала по его телу при моем приближении. Я не позволила нерешительности в его взгляде остановить меня. Я обхватила его руками за талию и прижалась щекой к его груди.
На этот раз он обхватил меня быстрее, и я могла поклясться, что почувствовала, как он вздохнул.
— Кин сказал, что люди были грубы с тобой сегодня.
Я мысленно накричала на Кина. Вон, вероятно, завтра придет в школу в качестве моего телохранителя и оторвет головы любому, кто посмотрит на меня искоса.
— Я в порядке.
— Это не так. Я это чувствую.
Я запрокинула голову назад, чтобы видеть его лицо.
— Чувствуешь?
Он кивнул.
— Я знал, что тебе было как-то больно. — В выражении его лица было замешательство, настороженность, но также и яростная готовность защитить. — Им нужно лучше защищать тебя.
Я сжала руками футболку Вона.
— Они это делают, но никто не может остановить слова.
— Я могу, — проворчал он.
— Но я действительно не хочу, чтобы ты впадал в кровавую ярость, чтобы остановить нескольких дрянных девчонок.
Губы Вона дрогнули.
— Принято к сведению.
От этого малейшего мгновения у меня в животе разлилось тепло. Мрачный и задумчивый вид Вона очень шел ему на пользу. Но Вон с намеком на улыбку? Катастрофа.
Наши губы были так близко, всего на расстоянии вдоха. Было так легко сократить это расстояние. Все во мне взывало к Вону о большем.
Жар вспыхнул в этих льдисто-голубых глазах. Затем, без предупреждения, он отпустил меня и отступил назад.
Я старалась не принимать это близко к сердцу. Я знала, что в голове Вона поселилось больше нескольких демонов, но это не меняло того факта, что его отступление убило что-то во мне.
— Роуэн, — позвал Мейсон со ступенек. — Нам нужно поговорить.
— Отлично, — пробормотала я себе под нос.
Я направилась к сторожке, Вон следовал за мной по пятам, а остальные ребята двигались с флангов.
Мама Лукаса улыбнулась мне. Это выглядело так, будто она хотела, чтобы улыбка ободряла, но движение было неуверенным, будто она не могла полностью ее удержать.
— Я Лара. Так приятно с тобой познакомиться. — Я пожала протянутую ею руку. Лара не пожала мне ее в ответ, а взяла ее и сжала в ладонях. — Ты — благословение для нас. Я так рада, что Люк нашел тебя.
Глаза и горло горели.
— Спасибо. Приятно с вами познакомиться.
— Уверен, это также немного ошеломляет, — сказал отец Лукаса, выходя вперед. — Я Грег. Мы обещаем не слишком давить на тебя. Для тебя это настоящий период адаптации.
Я не смогла сдержать тихий вырвавшийся у меня смешок.
— Это определенно так.
Он похлопал меня по плечу.
— Ты справишься. Не волнуйся.
Ребята были правы. С Ларой и Грегом бояться было нечего. Единственное, что я чувствовала, исходившее от них, — это доброту и теплоту, возможно, с примесью небольшого беспокойства.
— Давайте зайдем внутрь, — предложил Мейсон.
— Не могли бы вы просто сказать мне прямо здесь? — спросила я, не желая выносить это внутрь. Я просто хотела покончить с этим, что бы это ни было, что бы он ни вывалил на меня.
Коби шагнула вперед, прищурено глядя на меня.
— Мы продолжим этот разговор там, где захочет альфа.
Мейсон поднял руку, призывая ее к молчанию.
— Каждый в этой стае волен высказывать свое мнение, при условии, что это делается уважительно. — Он повернулась ко мне. — Срываешь повязку?
— Лучше, чем делать это медленно.
Холден прижался ко мне с одной стороны, Лукас — с другой, и я почувствовала жар Вона на спине. Что-то внутри меня чувствовало, что Энсон и Кин тоже были здесь.
— Мы знаем, кто твоя мать.
Мейсон произнес эти слова спокойно и уравновешенно, но я чувствовала напряжение, охватившее остальных вокруг нас.
— Это еще не все, — сказала я. Не вопрос, а констатация факта.
— Она была членом этой стаи.
— Что? — рявкнул Холден.
Глаза Лары наполнились слезами.
— Теперь, когда я знаю, то вижу сходство. Такие же волосы и глаза, как у Эбигейл.
— В-вы ее знаете?
Она шагнула вперед.
— Мы были лучшими друзьями.
Я заметила, что она сказала это в прошедшем времени.
— Где она?
— Мы не знаем. Твоя мать пропала восемнадцать лет назад. С тех пор ее никто не видел.
— 49-
