— Джудас уехал? — догадалась я.
— Бедный парень не находил себе места! — рыкнул отец. — Он сказал — ты отказалась выходить замуж, потому что приняла предложение этой… Этой женщины! — Он словно проглотил часть эпитетов, которыми собирался наградить эрри Уикфил.
— Я⁈
Поборов желание сложиться пополам, чтобы унять пронзившую меня боль, я расправила плечи. Трусливое предательство Джудаса оказалось ещё более гадким, чем я посчитала вначале.
Собравшись с силами, я выдохнула. Ничего не придётся объяснять. Джу-Джу сделал всё за меня.
— Да, папуля. Я уезжаю с эрри Уикфил. Всегда хотела увидеть настоящую жизнь, а не прозябать в деревне.
«Выдержи это, папа! Прошу тебя, выдержи!» — молила я, наблюдая, как отец ещё больше меняется в лице.
— Настоящая жизнь⁉ — прокричал отец. — Ты знаешь, что говорят про балы в особняке⁈ Знаешь, какая репутация у этой бесстыжей женщины⁈ Похоть и разврат! Она превратит тебя в гулящую девку!
— Откуда мне знать⁈ Ты никогда не отпускал меня на праздники, — унимая дрожь, парировала я.
— Я берёг твою честь и родовое имя Эйр-Идрис! Кларисса использует тебя для собственного развлечения и выкинет, или отдаст такому же развратнику, как она сама.
Голос отца сделался тихим, упав почти до шёпота. Он сидел, обхватив голову руками, не смотрел на меня. Как же хотелось кинуться к нему, обнять, признаться во всём! Может быть, вместе мы придумали бы выход…
Вместо этого, я сказала:
— Кларисса не причинит мне зла. Она красива, умна, независима. Завистники распускают слухи, потому что хотели бы оказаться на её месте.
— Она использует тебя, Тея, — устало ответил отец. — За последние десять лет герцогиня извела всех магов. Это неспроста.
— Я не понимаю, папа.
Никогда в нашем доме не упоминали о магии или колдунах. Среди соседей не было ни одного волшебника. Говорили, что таких людей много в столице, где даже была Академия магии, чтобы упорядочить и развить дар.
— Я узнал «Око мага», — задумчиво произнёс отец.
Он откинулся в кресле и медленно перебирал пальцами, постукивая по столешнице. Я не подала вида, но именно это название упоминала Герата. Око мага не ошибается. Кровь пущена. Искра…
— Брошь герцогини. Мой дед выбросил такую же безделушку в старый пруд, когда я был мальчишкой, — продолжил отец. — В нашем роду она передавалась по женской линии, но считалась чем-то запретным, вроде проклятия. Я мало знаю. Говорили, что женщины Эйр-Идрис отдавались магам ради получения дара. Они выбирали жизнь ведьмы, а не достойной эрри. Возможно, Клариссе и нужна ведьма, раз она использовала Око мага, а место ведьмы среди себе подобных. В тебе древняя кровь, Тея. Эта кровь способна принять магию, но я лучше забуду, что у меня была дочь, чем смирюсь с твоим добровольным позором.
— Забудь отец. Забудь о несчастной Доротее. Живите счастливо. Я буду верить, что у вас всё хорошо.
Я хотела подойти к нему, проститься, но папа одним взглядом остановил меня. Так лучше. Меньше боли…
Отец не вышел из дома, когда мы садились в экипаж. Я плохо помнила, как собиралась, перебирала гардероб, отбрасывая одну вещь за другой. Мне ничего было не нужно. Я желала только одного — остаться в имении, вернуть собственную жизнь.
— Ты же навестишь нас⁈ Да, Тея⁈ — наперебой спрашивали меня братишки, а я бессовестно лгала им, обещая новую встречу. Я не знала, что меня ожидает завтра.
Мама стояла, поджав губы, и молчала. Нервные пальцы стянули уголки шали, наброшенной на узкие плечи. Глаза оставались сухи. Она никогда не перечила отцу и привыкла сохранять лицо достойной хозяйки дома при любых обстоятельствах. Я разочаровала её. Это явно читалось на излишне спокойном лице.
Я снова и снова терзала себя. Стоило ли скрывать от отца правду? Ему всё равно пришлось бы отдать меня герцогине, но сейчас он обнял бы меня, а не делал вид, что его дочь умерла.
Что его ожидало потом? Безграничное чувство вины? Раздумья о правильности выбора?
Мне необходима была поддержка семьи, но я не хотела обрекать родных на страдания от мысли, что они позволили увезти дочь, обменяв на безбедную и спокойную жизнь. Я пресекла в себе жалость и сомнения. Странная история отца о женщинах из рода Идрис никак не отозвалась в душе. Я забыла о ней тут же, поглощённая иными переживаниями.
Мы тряслись в экипаже, удаляясь от имения и моего прошлого. Кларисса перебирала бумаги, хмурилась, прикусив нижнюю губу. Я будто перестала для неё существовать. Зато Герата не спускала с меня внимательного взгляда. Казалось, я ощущаю его кожей. Я закрывала глаза, чтобы не видеть иссохшее лицо старухи, но продолжала внутренне дрожать.
Примерно через час пути снаружи послышались окрики и стук копыт. Экипаж приостановил ход.
— В чём дело⁈ — требовательным тоном поинтересовалась Кларисса.
Дверь с моей стороны распахнулась.
— Тея моя! Я забираю её с собой! — У Джудаса сорвался голос, и он шёпотом прохрипел последнее слово.
Конь беспокойно переступал с ноги на ногу и ходил ходуном под седоком. Светлые волосы Джу растрепались, ворот куртки был распахнут, в глазах горела яростная решимость. Он нагнал экипаж, чтобы спасти меня!