— Как пройдёт казнь? — спросила я, когда всё завершилось.
Мы без сил повалились на постель. Себастиан лежал рядом, но будто за тысячу миль от меня.
— Пули. — Тиан бездумно смотрел в потолок. — Кларисса обещала не пожалеть их для несговорчивого мага. Мне нечего было рассказать ей о старых ритуалах. Эрри Уикфил сама не ведает чего хочет. Она упоминала искру, но я только посмеялся, считал, что род Хранительниц давно прервался. Когда ты появилась в комнате, мне и в голову не пришло, что это как-то связано.
Он помолчал, внезапно подскочил и сжал мою ладонь. Взгляд Тиана вспыхнул янтарём.
— Не верь ей! Никогда! Никому не верь в особняке Клариссы! — потребовал маг. — Одевайся! — Его голос стал резким, даже грубым.
Сдерживая слёзы, я кивнула, — бесполезно спорить с умирающим, любые слова пусты. Я натянула рубаху, накинула плащ, который так и валялся на полу. За окном медленно светлела полоска неба над зубцами крепостной стены.
Себастиан оделся и метнулся к двери. Он прислушался, сильным ударом кулака громыхнул по деревяшке, несколько раз пнул ногой.
— Заберите девку! Нечего ей делать в Каменном Клыке!
Меня точно закружил водоворот, а я лишь беспомощно успевала наблюдать за событиями.
— Запомню тебя до самой смерти. — Тиан всё-таки сжалился надо мной и притянул к себе, поцеловал. — Знаешь, умереть не страшно — страшно умирать!
Он толкнул некогда желанное тело на стражников, распахнувших дверь, и они выволокли меня из комнаты.
Себастиана словно и не существовало в этом мире. Я осталась один на один со стражниками. Чёрные плети страха потянулись ко мне из мрачных углов Каменного Клыка.
— Какой недовольный парень! Не иначе девица плохо ублажила, — расхохотался воин, запирая дверь.
Покончив с привычным делом, он попытался шлёпнуть меня пониже спины, но я успела отпрянуть.
— Не распускай руки! Я эрри, а не твоя подружка из трактира!
Слова с шипением вылетели из меня, освобождая грудь от невидимых тисков. Холодный ужас, которому я чуть не поддалась, испарился.
Я вскинула голову, смерила гордым взглядом внезапно оробевших охранников и без принуждения пошла по коридору.
Не позволю им унижать меня!
— Кошка дикая… — досадливо пробубнили за спиной, раздалось бряцанье стали.
— Ничего! Герцогиня быстро сделает из девчонки ручного котёнка.
Переругиваясь, стража потрусила следом за мной. Упоминание о Её Светлости умерили мой пыл. Кларисса способна сломить волю любого человека, а я всего лишь слабая девочка, впервые столкнувшаяся со злом.
Вместе со вспышкой гнева из меня ушли последние силы. Я с трудом держалась на ногах, но упрямо шагала вперёд, — не хотела, чтобы один из стражников нёс меня до экипажа на руках. Вместе с ударами сердца в теле пульсировал маленький горячий источник, оставленный Тианом.
«Как я узна́ю, что магия появилась? Что почувствую?» — гадала я, бездумно приближаясь к посту охраны перед галереей.
Там мне пришлось подождать, пока поднимут тяжёлую решётку. Я невольно бросила взгляд в сторону стражников, занятых каким-то делом. На столе под светом неяркой масляной лампы были разложены мешочки с порохом и свинцовые пули. Воины расположились вокруг и начищали оружие.
Одна вещь показалась мне лишней: среди небрежно брошенных карт, остатков еды и солдатских атрибутов стоял изящный серебряный кувшин с откидывающейся крышкой. Явно дорогой, украшенный мастерской резьбой, он никак не вязался с обстановкой и грубыми стражниками. В полумраке мне почудилось, что узоры на кувшине мерцают, а линии образуют непонятные символы. Это был сосуд для чего-то особенного, очень необычного и ценного.
Чем дольше я смотрела на рисунок, тем сильнее ощущала тревогу. Огненный источник во мне отозвался болью. Я не успела осознать причину беспокойства, потому что меня толкнули в спину:
— Хватит глазеть! Тебя ждут, а у нас тоже кое-что припасено для смертника.
К моим сопровождающим вернулись нахальство и бесцеремонность. Они захохотали.
«Тиан… Неужели это всё⁈»
Я постаралась отрешиться от неприятных звуков. Утренняя прохлада освежила меня. Раньше я не замечала, насколько густой и затхлый воздух в Каменном Клыке и дышала жадно и глубоко, наблюдала за воронами, кружившими над старым замком. Я повсюду видела знаки смерти для Себастиана Эйр-Лласара.
Экипаж был готов к отъезду. Скучающий и сонный кучер, заметив нас, нехотя потянулся и взялся за хлыст. Никто не помог мне подняться в экипаж. И к лучшему! Каждое прикосновение чужих рук я воспринимала с острой неприязнью, будто на мне не было одежды или даже кожи. Напряжённая, с болью в мышцах я откинулась на жёсткую спинку сидения. Дерево жалобно заскрипело в ответ. Кларисса не заботилась об удобстве челяди и выбрала для дела старую сломанную развалюху.
Мы медленно выехали за ворота. Экипаж подпрыгивал, проседал и качался на ухабах. В один момент он накренился и больше не двинулся с места. Двое стражников и кучер суетливо завозились возле колеса, а я, нуждаясь в воздухе, распахнула дверцу. Один из воинов зыркнул в мою сторону, но промолчал.
— Я не убегу, — заверила я его. — Мне некуда бежать.