– Бог все-таки есть! – ни на кого не глядя, прошептал работяга рядом с Мюнцером. – Есть все-таки Бог! Бог есть!
– Заткнись! – заорал эсэсовский охранник. – Что ты там бормочешь? – И он пнул арестанта в коленную чашечку. – Что ты сказал? Я же видел, как ты бормочешь!
Работяга, упавший прямо на Дица, медленно выпрямился.
– Я сказал, надо бы для господина обергруппенфюрера носилки сколотить, – ответил он совершенно бесстрастно. – Неудобно его просто так тащить, как всех прочих.
– Поговори у меня еще! Пока что мы здесь приказываем! Ты понял? Понял, я спрашиваю?
– Так точно.
«Пока что, – отметил про себя Левинский. – Пока что приказываем! Они, значит, тоже знают», – подумал он. И поудобней перехватил лопату.
Эсэсовец смотрел на Дица. Непроизвольно он встал по стойке «смирно». Это спасло жизнь арестанту, который снова уверовал в Бога. Эсэсовец повернулся кругом и отправился к командиру колонны. Тот, подойдя, тоже изобразил что-то вроде стойки.
– Носилок вот нет, – объяснил эсэсовец.
Видимо, ответ арестанта все-таки произвел на него впечатление. И правда, прилично ли такого важного эсэсовского начальника тащить за руки и за ноги, как куль?
Командир колонны огляделся по сторонам. Невдалеке от себя заметил резную деревянную дверь под грудой мусора.
– Выкопайте вон дверь. Пока что сгодится и она, за неимением лучшего.
И он отдал мертвому Дицу честь.
– Положите господина обергруппенфюрера на дверь, только аккуратно.
