Его голос начинает звучать нетерпеливо, он сам уже движется к двери, и все в нем внезапно сигнализирует мне снова, что он хочет сбежать от меня – опять. Ненадолго мне начало казаться, что лед тронулся. Но это было ошибкой. Я вздыхаю, снова скольжу взглядом по помещению, но не вижу ничего, что могло бы вызвать дополнительные вопросы.
– Нет, все ясно.
– Хорошо. Бери свои вещи. Я быстро покажу тебе один боковой вход за маленьким баром и тот, что на заднем дворе. Потом мы наконец начнем смешивать напитки.
Я стою, облокотившись на барную стойку, и жду Энди. Чем быстрее закончится эта стажировка, тем лучше. У меня нет времени, и мне вообще не до этого. Мэйсону придется объяснить мне позже, какого черта он это выдумал.
Джек мог бы сделать это, он как раз положил на нее глаз.
При этой мысли у меня сжимается живот и скрипят зубы.
Я не могу позволить этому затронуть меня. Не ей и не ее улыбке. Не мыслям о Зоуи, которые я так долго держал под контролем, не этим чувствам.
– Я готова. – Ее нежный голос неожиданно доносится до меня, и я тут же резко выпрямляюсь и расправляю плечи. У меня сбивается дыхание, я не могу ничего с этим поделать.
Теперь, когда куртка исчезла, я вижу, что она полностью переоделась. Темные джинсы, потертые в некоторых местах, подчеркивают изгиб ее бедер. Мне не оторвать глаз от нее. Рубашка из плотной ткани выглядит немного поношенной, но, несмотря на то что она широкая и свободная, всего ей не спрятать. Я ловлю себя на мысли, что мне нравится то, что я вижу, – проклятье! Потому что пока она стоит и теребит рукав своей рубашки, она выглядит не только ужасно милой, но и почти хрупкой.
Я смущаю ее, хотя на самом деле не хочу этого. И как только я смотрю в ее большие голубые глаза и она отвечает мне взглядом, выражение ее лица меняется. Теперь она кажется упрямой и смелой. Она выпрямляет спину и расправляет плечи, грудь вперед. Я с трудом могу отвести взгляд. Вот черт. Мы должны покончить с этим как можно скорее.
– Все твои первые смены будут проходить здесь. – Когда я говорю это, то стараюсь полностью сосредоточиться на своей работе и указать на длинную барную стойку, за которой мы стоим. – Только позже, когда ты со всем освоишься, возможно, тебе разрешат перейти в маленький бар позади нас. Там иногда работают по одному. Пока все твои смены будут вместе со мной, и нас, как правило, будет здесь трое, редко четверо.
Мне чертовски трудно говорить это. Я не хочу проводить с ней столько времени. Все можно еще изменить, я определенно поговорю с Мэйсом об этом.
– Ясно.
Просто краткий ответ. Как и в большинстве случаев. Я провожу пальцами по волосам и хочу все бросить и уйти домой, не произнеся больше ни слова. Это я сказал ей, что мы просто работаем вместе, и я не собираюсь с ней разговаривать. Так что она не делает ничего плохого, просто придерживается моей просьбы.
– Прекрасно. Сейчас мы подготовим все к сегодняшней смене, тогда ты можешь идти. Неважно, что сказал Мэйсон, тебе не нужно работать сегодня.
Она недовольно хмурится, приближаясь ко мне.
– Тогда получится, что я зря ходила переодеваться?
– Да. Но это всего лишь предложение. Тебе хватит впечатлений на сегодня, будет вполне достаточно, если ты выйдешь на работу завтра вечером.
– Это мило с твоей стороны. Спасибо – Честная и совершенно обезоруживающая улыбка играет у нее на губах. – Но я хотела бы начать сегодня. Думаю, мне нужно многому научиться, так что…
Она пожимает плечами, оставив фразу незаконченной, как будто это и так все объясняет. Она останется здесь.
Проклятье.
– Тогда я покажу тебе, где найти самые важные вещи и как работает пивной кран. Приготовление напитков пока отложим.
Я произношу эти слова настолько безэмоционально, насколько это возможно, и пытаюсь выбросить из головы образ Зоуи, который смешивается с образом Энди, хотя они и не идентичны.
Пока мы все подготавливаем и я показываю ей, что надо делать, что где лежит и как всем этим пользоваться, я не могу не обратить внимание на то, как внимательно она меня слушает. Как она задает очень правильные вопросы. Она любопытна и умна. И от этого только хуже.
Клуб переполнен, музыка гремит в ушах, и я обливаюсь потом. Как сильно болят ноги, невозможно выразить словами, даже если бы я захотела. Я привыкла к тяжелой работе, трудиться на ранчо – это не отдыхать на курорте. Но там у меня есть подходящая обувь, а не поношенные конверсы на тонкой подошве.
Джек время от времени хлопает меня по плечу или подмигивает мне, говорит, что у меня все хорошо получается, и это подбадривает меня. Он довольно милый, и с ним весело. А что Купер? Он меня бесит!
