– Этой мой пляж! Я здесь лежу! – заорал во всю глотку относительно некрупный морж, приподнимаясь на хвосте, окутываясь чем-то вроде ореола из статического электричества и стучась своей грудью куда-то мне в пузо, стараясь зацепиться за что-нибудь бивнями. Разница в размерах просто не позволяла ему без стремянки достать куда-то выше. – Проваливай отсюда, пока я тебя не убил! Прочь! Вон! Уходииии!
Последний вопль больше напоминал надрывное истеричное скуление, поскольку все попытки этого горячего ластоногого собственника сделать с незваным гостем хоть чего-то привели к его нокауту. Когда этот морж умудрился зацепить одну из оставшихся после спрута ран и расковырять её, то закономерно получил по шее телекинетической оплеухой и свалился в обморок.
– Зачем он на меня напал? – Особых неприятностей неадекватный тип мне не доставил. В душе даже шевельнулось сожаление о том, что ударил в ответ настолько сильно. Убить-то не убил, но сотрясение мозга теперь гарантировано.
– Защищал свой участок пляжа. – Посмотрела на меня как на идиота кусательница хвостов. – А что же он еще должен был делать, когда по его территории идет чужак? Ты не хотел драться? Так почему тогда не делал вид, будто торопишься и хочешь поскорее пройти дальше?
– Не забывай, я не морж, я только так выгляжу. – Похоже, она напрочь забыла о том, что разговаривает не с одним из своих сородичей. – Мне ваши культурные традиции вообще неизвестны. Кстати, как зовут этого героя?
– Это Выжил-Когда-Не-Ждали. Его ужалила донная актиния, и он болел почти четыре года, но как-то умудрился не только выздороветь, но и выиграть поединок с одним из самых дряхлых самцов за его место на пляже, – представила мне вырубившегося моржа любительница мидий. – Впрочем, может быть, тот просто помер от старости во время боя.
– Стукни его еще раз, – посоветовала кусательница хвостов. – А лучше вообще убей. Тогда все сразу поймут, что с тобой шутить не надо. Да и женщинам его тогда будет лучше, смогут в другие гаремы уйти и немало самцов перебрать, пока у кого-нибудь не остановятся.
– Вот делать мне больше нечего, кроме как вашим шалавам карт-бланш на сексуальные подвиги открывать. – Я внимательно изучал вырубленного мною моржа. Как и многие обитатели этого лежбища, он нес на себе явные признаки какого-то заболевания. Глаза блестят, по туше расползся сизоватый налет, в складках кожи просматриваются множественные шишки от гнойников. Это из-за инфекции в племени сложился дефицит взрослых мужчин? Может, детский организм просто менее устойчив к заболеванию? – Скажите, девочки, а для вашего народа нормально иметь вот такие отметины, которые любой чумной доктор постарается либо вырезать острым скальпелем, либо сжечь вместе с носителем?
– Я тебя не очень понимаю, но он не болен. – Если бы любительница мидий могла, она бы пожала плечами. Но увы, подобный жест не был предусмотрен анатомией моржихи. – Просто отравился ядом киджи. Но от него если сразу не сдохнешь, то потом уже ничего страшнее чесотки по всему телу и чихания не будет. К новолунию все пройдет, если его еще разок-другой не ужалят.
– Опасные звери, эти ваши киджи. – Я вторично оглядел лежбище и убедился, что примерно три четверти его обитателей в той или иной мере демонстрируют одни и те же симптомы. – Вкусные хоть, чтобы ради них так мучиться?
– Сами – одна сплошная колючка, в которой капелька мяса прячется только для запаха. – Сморщилась кусательница хвостов. – Но яйца их – это то немногое, что я бы ела и ела, пока не лопнула. Жаль, кладки у киджи обычно маленькие, ни разу досыта наесться ими не удалось.
– У меня как-то получилось, – несмело заметила любительница мидий, похоже числящая в списке своих продуктов не одни только ракушки. – Когда их гнездо у дырявой скалы разорить сумели.
– Это не считается! – уверенно заявила её подруга. – Мы тогда всем племенем охотились. И есть яйца должны были начать тоже все вместе! Просто кто-то слишком хитрый решил пролезть вперед!
– А кто-то слишком жадный мне тогда чуть хвост не отгрыз! – не осталась в долгу маленькая волшебница. – Между прочим, шрам до сих пор не сошел!
– Ладно, дело старое, – поспешила соскользнуть с неприятной темы более крупная моржиха. – Ты не знаешь, на дырявой скале гнездо обратно не отстроили еще? Вроде бы уже много лун прошло с последней большой охоты, а в тех краях я их больше и не видала.
– Я тоже сама не понимаю почему. – В голосе любительницы мидий слышалась растерянность пополам с досадой. – Раньше они всегда восстанавливали его. Любят киджи дырявую скалу чуть ли не сильнее, чем мы их яйца.
– Может, мы их слишком много съели? – Та-Которая-Любит-Мидии явно боялась получить на свой вопрос ответ «да». – Надо подождать, чтобы они размножились?
