- Хорошо. Ни каких проблем. Да. - поспешно согласилась Линда. Потом оглянулась на дом. - Уже поздно. Спасибо, что подвезли Саймона. До свидания.
- Всего доброго.
Больше не желая задерживаться, Ян сел в машину и захлопнул за собой дверцу. Ему не терпелось убраться от сюда, не меньше, чем его новым соседям избавиться от него. Слишком много всего непонятного произошло за этот день, и ему хотелось как можно скорее оказаться дома. И чтобы единственным обществом был облезлый пес и дешевая бутылка виски. Больше всего сейчас Ян хотел выкинуть из головы девушку с красивым именем Линда. И не думать о том, что должно было случиться с ней, если теперь она боится чуть ли не собственной тени. И что заставило молодую девушку с детьми приехать в этот захудалый городок и поселиться в полуразвалившемся доме.
Ян не желал думать об этом. Он не хотел знать. Его это не волновало.
Его не должно это волновать!
Линде казалось, что ее сердце сейчас разорвется. Раньше она никогда не оставляла детей одних, по своей воле. Довольно часто, муж в наказание, запирал детей в квартире, а ее уводил с собой в гараж, где подрабатывал, разбирая машины на запчасти. И тогда, она не могла ни о чем думать, как только быстрее вернуться домой. Именно в такие дни она готова была терпеть любые побои, лишь бы не оставлять Курта и девочек одних. Она знала, что те в ужасе и проплачут, все то время, пока ее не будет. Но и в эти дни не обходилось без тумаков. И когда Райли, все же, позволял ей вернуться к детям, она была вынуждена прятать очередной синяк или ссадину.
А сейчас все было иначе. Она сама оставляла их одних. И сколько она не уговаривала их, сколько не обещала, что скоро вернется, страх не оставлял детских лиц. Сара и Дора хлюпали носом, и терли покрасневшие глаза кулачками, а Курт просто с отчаянием смотрел на нее, и Линда знала, что он не заплачет.
- Солнышки, не надо больше плакать. Я вернусь очень быстро. Все будет хорошо, я обещаю. - убеждала Линда детей.
- Почему ты не возьмешь наф тоже, мамочка?- спросила Сара, задирая подол, выцветшего платьица, чтобы утереть нос.
- Потому что я иду на работу. Туда нельзя маленьким девочкам. Там очень жарко от плиты и много грязной посуды. А мамочке надо ее помыть. Когда я помою ее, то сразу приду домой.
- Папа опять фтанет обижать тебя, мамочка?
Линда дернулась, но постаралась удержать улыбку на лице.
- Ну что ты, солнышко.- ласково сказала Линда, высвободив подол из пальчиков Сары и прикрывая белые трусики. - Никто меня не обидит. Там нет папы, детка. Там только хорошие люди. И миссис Дойл. Ты же помнишь миссис Дойл?
Девочки закивали рыжими головками.
- Курт.- позвала Линда и дождавшись, когда мальчик подойдет, приобняла его за плечи. - Ты остаешься - за старшего. Ты очень умный мальчик, правда?
- Он как Файмон, да мама?- спросила Дора.
- Да. Как Саймон. Курт, ничего не бойся. Возьмите из сумки тетрадь и карандаши, ладно? Нарисуйте что-нибудь красивое. Я приду, и мы приберемся на кухне. Повесим ваши рисунки на стену. Это будет очень красиво. А когда Саймон вечером вернется, мы покажем ему, что вы нарисовали.
Линда прекрасно видела, что ее уговоры ни к чему не привели. Дети были напуганы. К тому же сам дом был чужим. И если в их квартире у детей были хоть игрушки и телевизор, то тут, кроме, на половину, разрисованной, тетради и нескольких цветных карандашей, ничего не было. Она крепко расцеловала всхлипывающих дочерей в щечки, Курта прижала к себе, погладив мальчика по спине, и коснулась губами его макушки.
- Я скоро вернусь.
Каждый шаг давался с трудом, но Линда заставила себя выйти из дома. Она закрыла за собой дверь, пытаясь справиться с дыханием. Вместе с тошнотой к горлу подступали рыдания. Не самое лучшее начало дня. Где взять силы, чтобы пережить все это. Иногда казалось, что ей много-много лет, и впереди нет ничего, за что стоило бы бороться. Если бы не дети, она бы сдалась уже давно.
Постояв на крыльце пару минут, Линда сошла со ступенек и подошла к Саймону, стоявшему у дороги.
Она весь вчерашний вечер и сегодняшнее утро пыталась уговорить его остаться дома с детьми. Она убеждала его в том, что ему не нужно работать, она сможет сама содержать их. Если она будет знать, что дети в безопасности и под присмотром, то сможет работать хоть весь день. Но Саймон был не преклонен. Линда не помнила, когда он был таким отчужденным и холодным с ней. Даже слезы сестер его не трогали. Он собрался и вышел из дома, даже не попрощавшись с детьми. А теперь застыл как изваяние, ожидая, когда появится машина их соседа.
Линда волновалась не только за малышей. В той же мере она беспокоилась и о Саймоне. Все, что ей вчера удалось узнать о его работе, так это то, что он трудиться на конюшне, помощником мистера Ривза. И это отнюдь не способствовало ее спокойствию.
- Саймон. - позвала Линда, подойдя к мальчику.
Тот сделал вид, что не слышит ее. Его юное лицо было замкнутым и напряженным. Сердце Линды сжалось от боли.
- Мне пора, Саймон. Я…
- Иди, Линда. Если не поторопишься, то опоздаешь. - от резкого тона, Линда вздрогнула.
