Я молчу, с каменным лицом головоломка, мой сомнительный Джеймс Бонд проворно спрыгивает на пол. Он поднимает меня вверх и несет обратно в наше гнездышко перед камином. Он опускает меня на ноги и прижимает свой оголодавший рот к моему. Все вопросы, которые я хочу ему задать, тут же рассеиваются от силы его желания, мои ноги становятся ватными, подкашиваются, поэтому он легко опускает меня на одеяла и подушки, наши конечности переплетаются, поцелуи становятся более требовательными, агрессивными, мы сливаемся воедино. Наше соединение быстрое и яростное.
Он смотрит мне в глаза, его лицо покраснело и напряжено, когда он погружается в меня в последний раз. Он произносит мое имя, выстреливая, пульсирующей струей горячего семени.
Наши выходные проходят в тумане страсти. Мы забиваем на любую деятельность, променяв на секс в спальне, на гнезде из одеял перед камином, на двухместном обеденным столе, ванной комнате на столешнице и перед замком на траве под небом, полным мерцающих звезд. Мы как двое подростков, которые только что открыли магию спаривания.
Мы отказываемся от пикника у воды, осмотру живописных окрестностей острова, прогулок по территории. Единственный перерыв, который мы делаем от отчаянных занятий любовью, еда, в виде блюд, которые готовит Константин, демонстрируя свое мастерство на кухне разнообразными вкусностями, которые он придумывает сам без поваренной книги или доступа на Pinterest.
К тому времени, когда мы должны уезжать, запирая дверь в коттедж позади нас и бросая вещи в багажник автомобиля, наступает другой день. Когда мы собираемся сесть в машину, я поворачиваюсь назад, чтобы посмотреть на замок, где я провела самые захватывающие и замечательные два дня в своей жизни и чувствую необъяснимое чувство тревоги.
Как будто что-то плохое ждет меня за этими серыми стенами двора. Ощущение потери. Ощущение, что я что-то оставляю. Все, что мы с Константином разделили здесь, исчезнет навсегда. Уязвимый, нежный мужчина, которого я увидела в замке на столе лунной ночью, не живет в моем реальном мире.
— Ты уверена, что все собрала? — Спрашивает Константин. Ветер раздувает его волосы, поднимая и опуская их на лоб. Мне нравятся его волосы. Они такие шелковистые и густые, что я готова зарываться пальцами в них на весь день, но он с нетерпением отталкивает их назад.
Я пожимаю плечами.
— Я могла оставить мокрые труси в каком-нибудь углу, но ничего обойдусь.
— Без сомнения, горничные привыкли находить здесь вещи и по хуже, — сухо отвечает он.
У меня вдруг закололо сердце. Он летает по всему миру, возможно, для него наше время, проведенное здесь, было всего лишь еще одной грязной интрижкой на выходные. Я натянуто улыбаюсь и сажусь в машину.
Прием сотовых в замке был ужасным, и я только однажды смогла поговорить с Янной. Я знаю, что не должна, но все равно чувствую себя немного виноватой, что наслаждалась удовольствием, пока была вдали от нее. Я отправляю сообщение Синди.
В дороге. Скажи Янне, что я скоро увижу ее!
Ответ приходит очень быстро.
Янна танцует свой счастливый танец. Напишите нам за 15 минут до прибытия.
Улыбка витает у меня на губах. Я могу представить, как она скачет вокруг, как та танцующая маленькая девочка из ее любимого видео на YouTube.
Скажи ей, что мне не терпится ее увидеть.
Ответ приходит в виде смайлика с высунутым языком.
А ЧТО НАСЧЕТ МЕНЯ????
Я улыбаюсь. У меня хорошая жизнь. Если бы только у меня был Константин, было бы превосходно.
Тебя тоже. Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя!
Наше путешествие в основном проходит в тишине, как будто он тоже ощущает потерю чего-то. Я отправляю еще одно сообщение Синди, когда мы находимся в пятнадцати минутах езды, поэтому совсем не удивляюсь, поджидающих их возле нашего дома. Синди улыбается мне и машет, как только Янна нас замечает, начинает прыгать вверх и вниз, как резиновый мячик. Потянув за руку Синди, она заставляет ее побежать к нам.
— Стой, погоди, — кричу я, когда Константин подъезжает к бордюру. Я выпрыгиваю из машины, опускаюсь на колени и раскрываю руки. Визжащая Янна влетает прямиком в мои объятия. Ощущение ее маленького тельца согревает мне сердце.
— Я скучала по тебе, крошка! — говорю я, крепко сжимая в своих руках.
Ее волосы щекочут мне щеку, она начинает извиваться, ей не терпится мне все рассказать. Я отстраняюсь, а она, сияя своей самой сладкой улыбкой с двумя ямочками, говорит:
— Синди и мой веселились!
— Синди и я, — поправляю я ее.
Она полностью игнорирует мои советы по грамматике и в захлеб начинает рассказывать о пони, которую видела. Она только родилась и всего на несколько дюймов выше нее, говорит она, при этом усиленно жестикулируя руками и глядя на меня огромными глазами.
Я знаю, куда она клонит.
— Она может легко жить с нами, мама.
Константин выходит из-за машины, встав рядом со мной. Без предупреждения Янна подскакивает вверх и хватает его за ногу, ее голова едва доходит ему до бедра.
