Искупление полностью

Она вслушалась в звуки вокруг себя: тихий звон посуды, журчание воды в раковине, футбольный матч по телевизору в соседней комнате, болтовня и смех. Все, как в рекламе каких-нибудь глупых товаров.

Вот только Кэри уже почти четыре месяца беременна от мужа, который только несколько недель назад жил с другой женщиной. В семье не было человека, который не сочувствовал бы Кэри. Бедная Кэри то, бедная Кэри это. Эшли фыркнула и провела тряпкой по другой стороне стола.

Потом была Брук. Ничего, что она и Питер отошли от веры и ценностей своих родителей так же далеко, как Эшли. Брук и Питер всегда были желанными гостями в доме Бакстеров, о них всегда отзывались благосклонно. Мама и папа никогда не шпыняли их и не жаловались на них. Причина была очевидна, и она бесконечно раздражала Эшли. Брук и Питер были врачами, как и папа. Они могли не ходить в церковь, но они хотя бы поступали правильно, занимаясь уважаемым делом.

Но не Эшли — нет, господа хорошие. По словам ее отца, она еще неразумная девочка.

Она посмотрела на Брук и Питера. Как и все остальные, они казались вполне довольными в этот праздничный день. И почему бы им не быть счастливыми? В карточной игре жизни им попадались одни тузы, одни джокеры.

Люди постоянно хвалили Эрин. Похоже, никто не замечал, что она панически боится того, что ее муж может получить работу в другом штате. Эрин работала в детском саду, она была милой девочкой, доброй христианкой. Нет причин, чтобы она чувствовала себя покинутой и заброшенной в этот день?

А Люк? Только что закончилось его беспечное детство, — и он уже превратился в эгоистичного невежественного консерватора, который способен только осуждать окружающих. Особенно Эшли.

Эшли собрала горсть крошек, пошла на кухню и бросила их в раковину, протиснувшись между Кэри и Тимом с коротким: «Извините».

Она почти дошла до гостиной, когда услышала, как Тим прошептал Кэри:

— Что с ней?

Эшли не слышала ответа Кэри. Какая разница? У них были свои проблемы, не так ли? Слезы потекли у нее из глаз, она схватила свитер. Чтобы не выслушивать вопросы родственников о том, что у нее не так, она пошла на заднее крыльцо, где никого не было. Она сидела снаружи и смотрела, как пара птиц резвится в темнеющем небе, кружится, порхает. Потом она обернулась на дом. В окнах гостиной она видела болтающих и смеющихся людей.

Вы такие жалкие, и даже не понимаете этого. Она резко вздохнула. Они выглядели более счастливыми, чем любая семья из телесериала. И, может быть, они были такими.

Все, кроме Эшли.

Глава 26

Кэри просто обязана была снова столкнуться с Райаном Тейлором, и накануне Рождества это случилось.

После шести недель консультаций и попыток склеить осколки своего брака Кэри надеялась, что исцеление не за горами. Они с Тимом делали успехи с каждым сеансом. Они стали более откровенны друг с другом, но также стали более нежными, стараясь не ранить друг друга.

Еще в самом начале Кэри призналась в своей эмоциональной привязанности к Райану Тейлору. Это признание было тяжелым для них обоих. Но когда они все обсудили с консультантом, знание о том, что оба они виноваты, к их взаимному облегчению, стало не только источником боли, но источником понимания.

С тех пор Кэри была особенно довольна своими успехами в этой области исцеления — мысли о Райане теперь посещали ее реже. Но все это оказалось под угрозой, когда в воскресное утро в декабре он появился в классе воскресной школы, который она вела. Служение в церкви закончилось около десяти минут назад, и она была одна, убирала пособия, когда услышала сзади его голос.

— Привет!

Сердце ее подпрыгнуло, как только она увидела стоящего в дверях Райана.

— Привет! — ответила она. Она вытерла руки о юбку.

Ей показалось, что он старается не смотреть на ее живот, который был плотным и круглым и не позволял усомниться в ее положении. Она почувствовала, что к лицу приливает жар. Он, должно быть, уже знает об этом; вот почему он не удивлен. Она мысленно упрекнула себя. Почему она не сказала ему о ребенке? Лучше бы он узнал об этом от нее.

В руках у него был конверт, и он выглядел взволнованным, словно они опять встречались в первый раз:

— Я... я хотел пожелать тебе счастливого Рождества, — он протянул открытку. — Это тебе.

Нет, Райан, не надо.

Она прошла по классу и взяла конверт, соблюдая дистанцию, но не переставая смотреть ему в глаза.

— Я... мы снова живем с Тимом, — ее рука неосознанно коснулась живота. — У нас будет ребенок.

Райан засунул руки в карманы, и Кэри старалась прочитать по его глазам, что он думает.

— Пастор Марк сказал мне.

Вдруг Кэри остро почувствовала его близость, опять ее захватили воспоминания о той ночи на озере и о той правде, которую она тогда узнала. Слезы наполнили ее глаза.

— Райан, я... я не могу быть твоим другом.

Она была слишком взволнована, чтобы говорить, и только покачала головой, рыдания вырывались у нее из горла.

Он скрестил руки на груди и вздохнул.

— Я знаю.