Дамон Грозный Волк, некогда Рыцарь Тьмы, вставший на путь порока и преступлений, несколько лет носит в своем теле драконью чешуйку. Он боится смерти и демонов, обитающих в темных закоулках его собственной души. Надеясь обогнать время и перехитрить судьбу, Дамон бродит по Ансалону в поисках избавления от проклятия. Но на пути его постоянно оказываются приспешники таинственного мглистого дракона. Если он не сумеет противостоять им, то потеряет не только жизнь, но и душу.
Эта книга посвящается Дженет —
любительнице кошек и знатоку по части кофе.
Закажи в следующий раз с шоколадом и малиной,
а я займу нам столик у окна.
Мощные крылья распахнулись, с силой рассекли воздух, и существо устремилось в ночное небо, уверенно держа курс против неистового ветра. Полная луна освещала его тело. Это была мантикора размером с молодого дракона. Туловище и шкура у нее были львиные, лицо – абсолютно человеческое, а хвост – как у скорпиона, с устрашающими шипами на конце. Внезапно мантикора повернула голову назад и издала ужасающий рев, на мгновение заглушив вой ветра, отчего у трех ее седоков пробежали по спине мурашки.
Дамон Грозный Волк с Фионой сидели между двумя выступами гребня у самой шеи мантикоры. Тяжелая грива существа развевалась на ветру и больно хлестала Дамона по лицу. Он попытался отклониться в сторону в надежде, что так будет удобнее, но ожидания не оправдались: вне пределов головы и шеи мантикоры дул бешеный ветер. Грозный Волк зажмурился, и рваные рукава его одежды раздулись как паруса. Он подумал, что ветер, как ни странно, теплый, несмотря на то, что сейчас глубокая ночь и до болота черной драконицы как минимум сорок футов. Впрочем, еще теплее было тихое ровное дыхание Фионы, которое Дамон чувствовал у себя на затылке, Руки Соламнийского Рыцаря крепко обхватывали его за пояс. Девушка тесно прижималась грудью к спине Грозного Волка и шептала ему в ухо:
– Дамон, я должна купить для свадьбы красивое платье. Когда мы прибудем в город… это же скоро, правда?…
«Фиона, как ты не понимаешь, что у тебя нет ни гроша! – думал Дамон. – И никакой свадьбы не будет! Ты сошла с ума, твой любимый Риг погиб! Мы же вместе видели его мертвое тело на расстоянии вытянутой руки…»
– Мама говорила, что больше всего мне идет голубое, – добавила она.
– Цвет не имеет значения, леди. Главное, чтобы мы вообще туда добрались.
– Что-то это чудище слишком разогналось! – проворчал Рагх, драконид-сивак, примостившийся за спиной соламнийки. – Очень уж быстро оно летит по такому ветру!
Рагх дважды пробурчал еще что-то, но ответа от своих спутников не получил. Дамон и Фиона то ли не желали отвечать, то ли попросту не слышали его хриплого шипящего голоса из-за воя ветра и шумного хлопанья крыльев мантикоры.
Драконид был на грани помешательства от страха; его ноги уже почти онемели, так крепко он прижимал их к туловищу мантикоры. В отчаянии сивак впился своими короткими когтями в толстую шкуру существа. Возмущенная мантикора дернулась и вновь издала оглушительный рев.
– К тому же, будь оно все проклято, мы слишком высоко! – добавил Рагх.
Сиваки были единственными драконидами, умевшими летать, но Рагха это не касалось – жестокие твари лишили его крыльев, и оттого сивак был уверен: в том случае, если он сорвется вниз, его шансы выжить равны нулю. Поэтому он пытался не смотреть вниз и не отводил глаз от головы Дамона. Чтобы успокоиться, Рагх заставлял себя глубоко дышать, но все равно чувствовал, что в животе у него все сжимается от ужаса.
Когда прошло около часа и ветер начал стихать, драконид даже попытался немного передохнуть и рискнул взглянуть вниз. На темном фоне густого кипарисового леса он разглядел светлую линию. Это была река, ее серебряная лента блестела при свете луны. Никакого болота видно не было. Рагх посмотрел на запад – туда, куда они держали путь, – и увидел Новое море. Издалека оно походило на большое темное зеркало. Зеркало окружали морщинки и складки – то были горы Восточной Стены, что в Абанасинии. Их вершины окутывали, словно меховые воротники, цепочки серых облаков, из-под которых проглядывали желтые нити бесчисленных огоньков. Но до моря было еще далеко, а внизу, под ними, похоже, начиналась страшная буря.
Крупный выступ гребня на спине мантикоры впивался Рагху в затылок, и с каждой минутой сидеть ему становилось все неудобнее. Драконид немедленно пожаловался на это Дамону, но тот ответил, что ничего поделать не может. Теперь прошло уже более часа, и словно бы стало гораздо легче. Похоже, они были одни одинешеньки посреди бескрайнего звездного неба, и на такой высоте ничто им не угрожало.
Рагх снова решил взглянуть вниз. На этот раз он увидел нечто новое, совершенно непонятное, а зрение никогда прежде не подводило драконида. На темном фоне леса было заметно какое-то черное пятно, и оно четко двигалось вровень с ними. Впрочем, через минуту пятен было уже два. Или три. В самом деле, три. По правде сказать, было уже слишком темно, чтобы различать детали, но одно не вызывало сомнений: это живые существа весьма приличных размеров и с крыльями.
