На самом деле он хотел встретиться с нею. Тогда он мог бы посмотреть ей в лицо и понять, что она имела в виду, говоря о ребенке. Он сто раз производил с тех пор подсчеты и не мог представить, как она могла только что обнаружить свою беременность. В последний раз они были вместе еще в августе, когда он старался выбросить из головы Анжелу и наладить отношения с Кэри.
Если она забеременела тогда, то прошло уже три месяца. Как она могла не обнаружить этого раньше? Тим не сомневался, что она должна была. У них же есть эти тесты, верно?
Он думал об этой возможности, когда ехал к университетскому парку — старому району, в котором они собирались жить вместе вечно. А что, если она действительно беременна? Сколько раз за их совместную жизнь он мечтал о ребенке, представляя себе, что их с Кэри дом наполнится малышами?
Мысль о Кэри, воспитывающей ребенка в одиночестве, вызывала у него тошноту. Ему не будет радости от жизни с Анжелой, если в десяти минутах от него Кэри будет жить как мать-одиночка.
Он свернул к дому и вошел через кухонную дверь. На автоответчике было только одно сообщение.
Тим нажал на кнопку воспроизведения.
— Привет, Тим. Это я, пастор Марк, из церкви Клир-Крик. Сегодня я говорил с Кэри и оставил тебе сообщение на работе. Не уверен, что ты его получишь, но, если получишь, я был бы очень благодарен, если бы ты позвонил мне. По утрам я у себя в кабинете, — пастор перечислил несколько телефонных номеров и повесил трубку.
Тим почувствовал, что краснеет. Зачем Кэри пришла к
По крайней мере, так было, пока Кэри не оказалась беременной.
Он вошел в гостиную и резко остановился. На столе лежало четыре конверта. На каждом было написано его имя и дата — одно из чисел прошлой недели.
Что это такое?
Тим слышал, как бьется его сердце. Он взял первый по дате конверт и открыл его.
В конверте Тим нашел письмо. Он развернул его и узнал почерк Кэри. Он вздохнул, его взгляд упал на портрет, висевший на стене гостиной, — Кэри в подвенечном платье.
У него перехватило дыхание, когда он всмотрелся в ее лицо, ее улыбку. Ее полные веры глаза. Какими бы ни были его планы на будущее, он не мог отрицать, что она красива. Он смотрел на картину и почти слышал ее смех, почти чувствовал прикосновение к ее коже.
Он отвел взгляд от портрета и прошел через гостиную к большому креслу. Сел и начал читать письмо, с комом в горле.
Кэри в подробностях вспоминала счастливые моменты их брака. Читая, он увлекся воспоминаниями о том времени, когда ему и в голову бы не пришла возможность связи на стороне, не говоря уже о том, чтобы уйти к другой.
Он продолжал читать, но, когда он дошел до последних строк, его сердце замерло.
Кстати, я прекрасно помню, что сказала тебе вчера вечером. Я уже три месяца как беременна, Тим. И, когда я начинаю так сердиться на тебя, что мне хочется что-нибудь разбить, когда я так одинока и плачу, пока не усну, когда я ненавижу тебя за то, что ты сделал, мне достаточно вспомнить о драгоценной жизни, растущей во мне, чтобы понять правду.
Из-за влаги, наполнившей глаза, Тим ничего не видел.