Искупление 6 полностью

– Я серьезно, Джо. У тебя есть это. Я облажалась.

– Дай мне еще раз взглянуть, - пробормотал он, выхватывая снимок ребенка из моей руки и поднося его к своему лицу. – О Господи, кажется, я вижу член.

– Что? Нет, ты не понимаешь.- Разинув рот, я выхватила фотографию обратно и посмотрела, куда он указывал. – Это не член, это нога.

– Да, это нога, - поправил он, постукивая по картинке. – Это еще одна. И это член.

– Это пуповина ребенка.

– Это член, Моллой.- Уронив голову на руль, он пробормотал что-то бессвязное себе под нос и громко застонал. – Это мальчик.

– Но ты сказал, что еще слишком рано говорить.

– Да, ну, я не знаю, что тебе сказать, потому что это член.

– Но как ты можешь сказать?

– Поверь мне, я видел слишком много этих гребаных сонограмм на протяжении многих лет. Я узнаю член, когда вижу его.

– Что, если ты ошибаешься?

– Я надеюсь, что это так.

– Джоуи.- Я хлопнула его по руке. – Не говори так.

– Не называй его моим именем, - прошептал он, все еще держа голову на руле. – Пожалуйста,Ифа, просто отдай ему свое и поломай порочный круг.

Его родители.

Это всегда возвращалось к его родителям.

– Здесь нечего ломать, Джо, - ответила я, поглаживая его волосы. – Ты не он, а я не она.

– Пожалуйста, послушай меня. Я не хочу, чтобы ты называла его моим именем,- тихо признался он. – Не мое имя и определенно не моя фамилия. Я не хочу, чтобы этому ребенку передалось хоть что-то, что досталось ему от меня.

– Джоуи, да ладно, мы даже не знаем, мальчик ли это.

– Это мальчик, - пробормотал он, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня. – В любом случае, тебе нужно сделать из этого ребенка Моллой. Не называй егомоимименем.

– Джоуи.-Мое сердце забилось быстрее. – Ты отец этого ребенка, и я горжусь этим.- Я протянула руку, чтобы погладить его ушибленную щеку. – Я горжусь тобой. Мне никогда не было стыдно за то, кто ты или откуда ты, и нашему ребенку тоже не будет стыдно.

В его зеленых глазах промелькнули эмоции. – Что, если я превращусь в него?

– Ты этого не сделаешь.

– Но что, если я сделаю? Что, если я уже такой?

– Это невозможно.

– Как ты можешь быть так уверена?

– Потому что я знаю его, и я знаю тебя.- Я погладила его по щеке. – Он хулиган, а ты мужчина. Нет никакого сравнения. Тыполнаяпротивоположность. Ты и Тедди – не один и тот же человек, Джо, - прошептала я. – Даже близко.

– Я никогда не причиню тебе вреда.

– Я знаю.

– Я серьезно.- Он схватил мою руку и прижал ее к своей ушибленной щеке. – Я никогда не трону тебя пальцем, Ифа Моллой. Никогда. Не на тебе или нашем ребенке.

– Я знаю, - повторила я, наклоняясь ближе, чтобы прижаться своим лбом к его.

– Я поступлю с тобой правильно, - хрипло поклялся он. – Я клянусь, что сделаю.

– Тебе не нужно убеждать меня, Джо.-Я наклонилась и прижалась губами к его губам, прежде чем прошептать: – Я была влюблена в тебя с двенадцати лет.

Он смотрел на меня очень долго, прежде чем испустить болезненный вздох. – Я люблю тебя, Ифа.

– Я тоже люблю тебя, Джо.

– Можно мне оставить одну из них? – спросил он, показывая длинную полосу изображений сонограммы.

– Конечно, - ответила я, сердце бешено колотилось в моей груди, когда я смотрела, как он осторожно отрывает одну полоску и кладет ее в свой бумажник. – Это твой ребенок, Джо.

– Да.- Кивнув самому себе, он поместил сонограмму в прорезь для фотографий в своем бумажнике и улыбнулся. – Это так.

Глава 65.Вложи свою руку в мою.

Джоуи

– Спой мне песню,Джо.

– Хм?

– Песня.

Было чуть больше десяти часов, мы прятались в ее комнате, стараясь не привлекать внимания к Тони, который метался внизу, как медведь с больной головой, и Моллой каким-то образом удалось втянуть меня в просмотр очередного фильма ужасов из ее коллекции. Сегодня выбран номер конечного пункта 2.

Совершенно охуевший от событий последних двадцати четырех часов, я делал все, что мог, чтобы снять напряжение со своей девушки.

Чтобы заставить ее почувствовать, что она не была в этом одинока.

Потому что, возможно, именно она в настоящее время приютила нашего ребенка, но ответственность за отцовство ложилась на нас обоих.

Просто мысль об этом заставила мое сердце катапультироваться в груди.

Какого хуя я собирался делать?

У меня были девочка и ребенок, о которых нужно было заботиться.

Но у меня все еще были Шэннон и мальчики.

И мама.

Иисус Христос.

– Что значит спеть тебе песню? – Спросил я, подкладывая еще одну подушку позади себя, чтобы снять давление со спины и облегчить боль, пронизывающую мою плоть. –Я не пою, детка.

– Ты знаешь, что это не то, что я имею в виду, - ответила она, устраиваясь между моих ног, спиной к моей груди. – Подари мне песню для нас.

– Для нас, - повторил я, обдумывая это, когда я обнял ее за талию и притянул ее тело ближе к моему.

– Да, для нас.

– У меня нет песни.

– Ну, найди одну, потому что мне нужна песня.

– Отлично.- Опустив руку на ее живот, я сказал: – Мадонна.

– Как девственница?

– Папа не проповедует.

Она фыркнула. – Мило.

Я ухмыльнулся. – Спасибо.