– У нас есть имя, - сказала она, облизывая губы. – Вообще-то, у нас их двое.
– О?- Глаза Триш загорелись. – Расскажи.
– Джо против этого, но я хочу, чтобы его второе имя было Джозеф, - сказала она им. – И его фамилия будет Линч.- Дрожа, она добавила: – Мы не женаты, поэтому для меня важно, чтобы все знали, что у нашего сына есть отец, который заявил на него права.
Я проглотил свои протесты, наотрез отказываясь спорить с девушкой, которая прошла через восемь часов ада, чтобы подарить мне сына. Вместо этого я кивнул в знак поддержки, когда она посмотрела на меня за поддержкой.
– А как его имя?- Триш толкнула.
– Энтони, - сказала Моллой. – Его зовут Энтони Джозеф Линч.- Улыбаясь, она добавила: – Сокращенно Эй Джей.
– Но я Энтони, - выдавил Тони, окрашиваясь в цвет опалового корсажа его дочери.
– Да, папа.- Моллой закатила глаза. – Мы знаем.
– Ты решила назвать своего сына в честь человека, который тебя вырастил, - гордо сказала Триш, одарив дочь широкой улыбкой. – О, Ифа, это прекрасное.
– На самом деле, мы решили назвать нашего сына в честь человека, который вырастил нас обоих, - тихо подтвердил я. – Потому что, давайте посмотрим правде в глаза, единственным мужчиной, который когда-либо указывал мне путь, был ваш муж.
Грубо прочистив горло, Тони посмотрел на Эй Джея и фыркнул. – Я точно знаю, что пытается сделать твой отец, парень, - сказал он моему сыну хриплым от эмоций голосом. – Он пытается умаслить старого дедушку, не так ли?- Он поцеловал моего сына в лоб и улыбнулся ему. – Ну, ты можешь сказать своему отцу, что это сработало.
Да, ты можешь. Скажи своему отцу, что я жду его задницу в гараже, как только твоя мать вернется домой и встанет на ноги.
Мое сердце остановилось в груди.
Моллой повернулась и уставилась на меня.
– Но скажи своему отцу, что он в своей последней жизни, - продолжал говорить Тони, обращаясь ко мне через моего сына. – И скажи своему старому приятелю, что у твоего дедушки есть Бурдиццо наготове, если он подумает о том, чтобы подарить тебе брата или сестру, прежде чем он закончит свое ученичество и наденет кольцо на палец твоей матери.
– Бурдиццо?- Кейси нахмурилась. – Что это за чертовщина?
– Это то, что они используют на фермах, чтобы перерезать яички быка, - выдавил я, вспоминая то, что однажды сказал мне Подж. – Ты можешь сказать своему дедушке, что ты будешь единственным ребенком.
Тони ухмыльнулся. – Ты можешь сказать своему отцу, что это мудрое решение.
– Боже мой, папа, - проворчала Моллой, махнув рукой вокруг. – Просто поцелуй и помирись уже. Все знают, что ты был несчастен все лето без своего маленького приятеля в гараже.
– Что ж, похоже, у меня появился новый маленький помощник, который не даст мне скучать, - размышлял Тони, отбиваясь от Триш, которая пыталась вырвать ребенка из его рук.
– Тебе уже хочется в туалет?- Спросил я, снова обращая свое внимание на Моллой.
Некоторое время назад они удалили ей катетер и посоветовали встать с кровати и сходить в ванную, но Моллой не сдвинулся ни на дюйм.
– Джо?
– Да?
Широко раскрыв глаза, она жестом попросила меня подойти ближе, чтобы она могла прошептать мне на ухо. – Я боюсь двигаться.- Дрожа, она обхватила мою щеку ладонями и прошептала: – Такое чувство, что из меня сейчас все выпадет.
Мое сердце разбилось.
– Этого не случится, - я попытался успокоить ее, взяв под руку. – Ты только что родила, детка. Это будет казаться полным дерьмом, но я обещаю, что с тобой ничего плохого не случится.
– Я вся в крови, - прошептала она дрожащей рукой, уткнувшись лицом в мою шею. – Я отвратительная.
– Ты чертовски красивая, - грубо поправил я, прежде чем переключить свое внимание на ее родителей. – Ифе нужен душ. Ты можешь присмотреть за ребенком?
– Я могу взять тебя, моя любимая.
– Нет, я заберу ее, - отрезал я Триш и сказал, когда почувствовал, как тело ее дочери напряглось в знак протеста. – Все в порядке.
– Мои ноги словно из бетона, - пробормотала Моллой, осторожно выбираясь из кровати. – Никто не смотрит, хорошо?
– Хорошо, - послушно хором ответили все трое ее посетителей.
– Джо, кровать, - выдавила она, когда встала, не сводя глаз с засохшей крови на простынях.
– Все хорошо.
– Но там повсюду кровь.
– Все в порядке.
– Это на моей ночной рубашке и моих ногах – тьфу, Джо, это даже на моих носках.
– Моллой, я обещаю тебе, что все в порядке, - уговаривал я, обнимая ее одной рукой за талию, а другой беря за локоть. – Каждая вторая женщина в этой больнице находится в той же лодке. Тебе нечего стесняться, хорошо? Они видят здесь подобные вещи по дюжине раз на дню.
– Но ты видел это, Джо, - пробормотала она, дрожа губами.
– Ты думаешь, меня это волнует?- Я покачал головой. – Я в восторге от тебя, детка. Что ты только что сделала? Подарила мне сына? Господи, Моллой, я сейчас так высоко бью, что это смешно.
– Правда?
– Правда, правда.
– О, прелестно.- Шмыгнув носом, она кивнула и наклонилась ко мне. – Я ношу подгузник.
