Подлетевший десантный бот гвардии прямо в центре площади, которую быстро освободили гвардейцы, из самолета по трапу сошла женщина Инквизитор, которого Найлус уже видел ранее, рядом с ней шёл и одарённый, который пожелал приглядывать за своим командиром, когда Астартес оставили её в лазарете при штабе. Облачённая в силовой доспех женщина подошла к Давиану и Найлусу. Её взгляд подозрительных глаз обжёг лицо форсъюзера, на что тот не повёл даже бровью, Давиан про себя улыбнулся этой картине, но всё же кивнул инквизитору и сошёл с помоста к десантнику, что держал знамя роты, сегодня они идут на верную смерть, во имя мести и людей, населяющих Мередиан.
Продвижение такой большой группы Астартес буквально перенасыщенной энергетическим ручным и тяжелым оружием, а в случае десантников тяжёлым и сверхтяжелым, было достаточно споро. Разлетающиеся группы еретиков и не остановимый бег роты, что сносила любой заслон на своём пути. Никто из воинов конечно же даже не смотрел, предатель или нет сейчас вышел прямо на них, а потому ради той скорости, что соблюдали десантники уничтожению подлежали все встреченные силы. Давиан сам принял такое решение, жертва сотен или тысяч лояльных людей, была оправдана, спасением миллионов, мог ли он поступить иначе? Нет! Десант прогрызался сквозь оборону противника следуя ощущению того пути, что испытывал Найлус Хорс. Он вёл их, как будто бы по наитию, но сопротивление врага увеличивалось каждую минуту, что говорило о правильном пути, в самое сердце сил архиврага.
Спускаясь всё ниже и ниже десант тоже нёс потери, особенно когда начали появляться силы предателей из шестой роты. Украшенные синими перьями и тайными тёмными письменами, те были сильными противниками и порой уносили жизни двух — трёх десантников своими попытками сдержать наступление ордена. Боевые братья не знали пощады уничтожая еретиков, испепеляя их в яростном огне. Особенно зло были настроены воины третьей роты, чьих братьев предатели заманили в ловушку и перебили на нижних уровнях города. Апотекарии собирали геносемя павших лоялистов и боевая группа кровавых воронов рвалась дальше вглубь, в подулей.
Огромная площадь нижних уровней кузницы ангела, с многочисленными трубами и сливами, что низвергали отработанные отходы производств и жизнедеятельности в эти забытые Императором места. Чудовищное проявление варварства, но последователи культа машины, что занимались налаживанием и курировали всё производство в городе, не сильно были озабочены утилизацией, пустая трата ресурсов на их взгляд… Порой Давиану казалось, что эти существа, превращающие себя в гротескную пародию на людей, разучились смотреть в будущее, погрязнув в полной темноте своего невежества. Но всё же он понимал и пользу от последователей культа машины, хоть и не приветствовал их присутствие. Только технодесантники были достойными представителями культа, так всё было и в глазах капитана четвёртой роты.
Эманации склепа и смерти витали в воздухе, оставшиеся еретики из шестой роты ждали их внизу прямо в центре варповых волн разносящихся от открытых врат, куда они почему-то ещё и не думали бежать. Спускаясь по огромным ступеням украшенным, обезображенными хаоситами, знаками имперского культа и именами героев Мередиана. Бойцы ордена внимательно смотрели на присутствующего, но не принимавшего никаких попыток к сопротивлению врага. Впереди десятка оставшихся у противника воинов стоял библиарий шестой роты Мортимер Картер, внимательным взглядом своих колдовских глаз, тот осматривал карательное воинство, что пришло спутать все его планы.
Капитан Тул, Габриэль Ангелос, Рейзер и инквизитор Блейкроуз так же вышли вперёд, предателям стоило покаяться за совершённые преступления против Человечества и священного Императора. Давиан осматривал скрытые за шлемами лица его бывших братьев, он до сих пор не понимал, что могло сподвигнуть тех на ересь… Он хотел предотвратить в будущем, возможное повторение этих событий, а для этого ему нужно было понимание.
— Мортимер.
— Брат Давиан, Брат Ангелос, Инквизитор. — Язвительная усмешка на лице еретика дизгармонировала с его серьёзными блестящими фиолетовым цветом глазами. Он даже шутливо поклонился, скрипнув элементами силовой брони. Давиан лишь поморщился на столь явное проявление неуважения от бывшего брата, хотя чего он ожидал от еретика.
— Почему? Во имя чего это всё Мортимер!? Мы же всегда следовали слову данному нами Империуму и хранили верность самому Императору. Зачем!? — Голос Давиана был: громким, обвиняющим, яростным, он разносился по всей огромной площади заглушая звуки тысяч и тысяч механизмов подулья.
