– У нас немало причин для благодарности, – начал Габриель. Он задержал взгляд на Джулианне, затем поочередно посмотрел на каждого из собравшихся, закончив отцом, сидевшим во главе стола. – У мамы была замечательная привычка. Когда мы собирались по торжественным дням, она буквально требовала, чтобы каждый назвал свою причину быть благодарным. Поначалу я думал, что ограничусь благодарностью за свою прекрасную жену, новую работу и моего новорожденного племянника Томми.
Взрослые подняли рюмки и выпили за здоровье Томми.
– Все вы помните тост, который я произнес в мамину память на свадьбе Рейчел и Эрона. – Голос Габриеля стал напряженнее. – Однако мне хотелось бы повторить часть тех слов.
Сидящие одобрительно закивали. Джулия заметила, что левая рука Габриеля слегка дрожит. Она вложила свои пальцы в его ладонь и обрадовалась, когда Габриель их сжал.
– Этот вечер был бы незавершенным, если бы мы не признали, до чего нам не хватает Грейс. Она была по-настоящему удивительной женщиной. Любящей женой. Заботливой матерью. Ее способность делать добро и проявлять сострадание не знала границ. Мало того что она была щедра и добра, она обладала потрясающей способностью прощать. Грейс привела меня в свой дом. Она стала мне матерью, когда я лишился родной матери и не верил никому из взрослых. Грейс учила меня любить всецело и бескорыстно. Без нее и нашего отца я бы, скорее всего, погиб. – Габриель сделал паузу, поочередно взглянув на Ричарда и Джулию. – Недавно мне представилась возможность больше узнать о своих биологических родителях, в том числе и о своем еврейском наследии со стороны отца. Когда я выбирал отрывок из еврейской Библии для чтения на свадьбе Рейчел и Эрона, я ничего не знал о своих предках. Нынче этот отрывок видится мне исполненным еще большего смысла. Повторю то, что говорил тогда: слова, которые я сейчас прочту, как нельзя лучше передают любовь Грейс к своей семье. – Он осторожно высвободил руку из руки Джулии, достал из кармана сложенный листок, развернул и начал читать.
Габриель вновь посмотрел на Джулию, и на мгновение окружающий мир перестал существовать – столько любви и изумления излучало ее лицо.
– Прошу всех выпить в память о нашей матери Грейс.
К тому времени, когда у собравшихся опустели рюмки, за столом не было ни одного человека с сухими глазами.
