– Я помню, как заботливо ты возилась со мной, когда меня рвало. Это было раньше, чем ты меня полюбила.
– Я всегда любила тебя, Габриель.
– Спасибо. – Он поцеловал ее в лоб. – Мы ведь вместе сделали нашего малыша. И никакие жидкости, выливающиеся из тебя, меня не испугают.
– Я это вспомню, когда у меня начнут отходить воды.
Несколько часов Эмерсоны неспешно гуляли по «Копли-Плейс», после чего поехали в итальянский ресторан в северном конце этого громадного торгового комплекса.
Они сняли роскошный номер в отеле «Копли-Плаза». Вечером Джулия разделась, небрежно разбросав одежду по полу. Габриель любовался ее изменившимся телом, и прежде всего большой, налитой грудью.
– От твоей красоты у меня всегда перехватывает дыхание, – признался он.
– А меня всегда удивляют твои комплименты, – сказала она.
До сих пор его взгляд вызывал у нее жар во всем теле.
– Они не должны бы тебя удивлять. Наверное, я недостаточно много говорю их. – Он помолчал, глядя на нее. – Теперь мы больше не новобрачные.
– Да.
– С годовщиной вас, миссис Эмерсон.
– И вас с годовщиной, мистер Эмерсон.
Габриель полез в карман пиджака и достал синюю коробочку, перевязанную белой атласной лентой.
Джулия замерла:
– Габриель, прости мою забывчивость. У меня есть для тебя открытка, но подарок я забыла дома. – Она потерла лоб. – Надеюсь, мои мозги еще не становятся беременными.
– Это что за беременные мозги? – удивился Габриель.
– Доктор Рубио говорит, что у беременных женщин часто бывают кратковременные провалы в памяти. Возможно, это связано с гормонами.
– Я мог бы обойтись и без подарка, но я благодарен тебе за внимание.
– Я купила тебе звезду Давида на серебряной цепочке. Я знаю, ты не жалуешь украшения… кроме этого. – Джулия указала на его обручальное кольцо. – Но я подумала… возможно…
– Я обязательно буду носить твой подарок. Спасибо, Джулианна. Какая же ты у меня заботливая.
– Угу, заботливая! Подарок дома оставила. А ты не забыл. Спасибо.
Джулия взяла из рук мужа коробочку. Внутри лежал кулон с крупным бриллиантом на длинной платиновой цепочке. Несколько удивленная выбором подарка, Джулия вопросительно посмотрела на мужа.
– Он превосходно сочетается с сережками Грейс, – сказал Габриель, помогая ей надеть кулон.
– Какая красота. – Джулия коснулась бриллианта. – Спасибо, дорогой.
– И тебе спасибо за то, что выдерживаешь меня. – Габриель поцеловал ее в шею.
– Я бы не сказала, что это слишком трудно. Как и у любой пары, у нас бывают взлеты и падения.
Габриель взял жену за руку:
– Постараемся сделать так, чтобы наши взлеты были значительнее, чем наши падения.
Отдав должное любовным утехам, они лежали обнявшись.
Джулия трогала кулон, застывший над подросшими холмами ее грудей.
– Ты боишься? – шепотом спросила она.
– Жутко боюсь, – ответил Габриель, улыбаясь уголками рта.
– Тогда почему улыбаешься?
– Потому что в тебе растет часть меня. Приятно видеть, как моя прекрасная жена носит в себе моего ребенка.
– Через несколько месяцев у нас будет настоящая семья.
– Почему будет? Она у нас уже есть. – Габриель погладил ей волосы. – Как ты себя чувствуешь?
– Усталость не проходит. Недавно заснула прямо на семинаре. Днем постоянно тянет спать, если не выпью кофе.
Габриель с беспокойством посмотрел на жену:
– Тебе нужно больше отдыхать. И спать перед семинарами тоже не помешает. Приезжала бы домой и ложилась вздремнуть.
Джулия зевнула:
– Я бы с радостью, но времени не хватает. Пожалуй, я теперь буду пораньше ложиться. Как ты насчет того, чтобы заниматься сексом сразу после обеда?
– Готов начать немедленно, – пробормотал Габриель.
– Не заводи меня. – Джулия игриво оттолкнула его руку.
Габриель схватил ее запястье и нежно поднес к губам.
– Надеюсь, у нас родится девочка, – сказал он.
– Почему? – удивилась Джулия.
– Потому что мне хочется ее баловать, как тебя. Маленький кареглазый ангел.
– Пока мы не узнаем пол ребенка, мне не хочется называть наше дитя «оно». Я знаю, многие так и говорят, поскольку в английском языке нет соответствующего местоимения для среднего рода живых существ. Но мне это не нравится.
– Обожаю твои разговоры о грамматике. Они очень сексапильны. – Габриель снова поцеловал жену. – А наше дитя мы будем называть «она» или «наша малышка».
– Почему ты так уверен, что родится девочка? – спросила Джулия и потрогала свой живот. – Мне думается, у нас будет мальчик.
– Нет, девочка. И нам надо заранее подобрать ей достойное имя.
– Может, Беатриче?
– Нет, – тихо возразил Габриель. – На свете есть лишь одна Беатриче. Мы могли бы назвать ее Грейс.
Джулия задумалась:
– Я пока не готова выбирать имя. Возможно, что и Грейс. И все-таки мне почему-то кажется, что будет мальчик. Временно мы можем звать его Ральфом.
– Ральфом? Почему?
– Хорошее имя. Годится на все случаи жизни. Можно было бы назвать его Орешком, но так мы звали Томми до рождения.
Габриель усмехнулся:
– У тебя потрясающая фантазия. А сейчас, маленькая мама, давай спать. Утро теперь наступает очень быстро.
Габриель поцеловал Джулию, выключил свет и лег, держа ее в своих объятиях.
