Я так счастлива, когда звонит Константин, но расстраиваюсь, когда он сообщает, что уезжает по делам. Следующие два дня проходят в удушающем тумане ожидания. Когда наступает пятница, я вся уже на нервах. Рано проснувшись, начинаю готовить завтрак для всех. Янна сидит за кухонным столом, опираясь щекой на ладонь, и рассказывает о мальчике в детском саду, который все время говорит плохое слово.
С тех пор, как я ей сказала, что уеду, а она останется дома, Янна все время крутится вокруг меня, приставая и задавая вопросы, но Синди пообещала ей, что днем они пойдут посмотреть на лошадок, и хотя она продолжает немного нервничать из-за нашего расставания, настроение у нее довольно-таки приподнятое.
— Что за слово? — спрашиваю я.
— А мне можно его произнести?
Я ставлю перед ней тарелку с тостами, намазанными маслом.
— Только один раз.
— Дерьмо.
Я также ставлю ей в подставке для яиц яйцо всмятку.
— Хммм... это не очень красиво с его стороны.
— Я сказала то же самое.
Я сажусь перед ней.
— Вот, что я думаю. Неважно, что делает кто-то другой. Если ты считаешь, что это плохое слово просто не используй его.
— Мамочка?
— Да.
— А куда Константин повезет тебя? — спрашивает она, грызя тост.
— Не знаю. Должно быть это сюрприз.
Она перестает грызть и смотрит на меня круглыми от любопытства глазами.
— А что, если он отвезет тебя куда-нибудь, где тебе не понравится?
— Ну, обычно, когда кто-то делает сюрприз, они точно знают, что это понравится.
Она начинает ерзать на стуле.
— Это очень далеко?
— Нет, дорогая. Помнишь, я же не беру с собой паспорт, а это значит, что я даже не уеду из страны. — Я уверенно улыбаюсь. — Я буду на телефоне. Ты можешь позвонить мне в любое время.
Она кивает и опускает палец в бледно-желтый желток яйца. Я стараюсь ее успокоить, потому что мне не хочется, чтобы сегодня утром она была грустной и несчастной.
— Ты не успеешь оглянуться, как я вернусь. Сегодня ты посмотришь лошадей и останешься с бабушкой и дедушкой, а завтра проведешь весь день с тетей Синди в «Торп Парке». Ты сможешь покататься на аттракционах и поесть сладкую вату. Ты же хочешь этого, да?
Она опять кивает.
— А я вернусь на следующий день.
— Я стараюсь быть храброй, но это очень тяжело, — вдруг произносит она.
Мое сердце болезненно сжимается. Я не могу видеть несчастную Янну. От этого у меня появляются мысли, что я подвожу Октавию.
— Мне не обязательно уезжать, маленькая шалунья, — тут же говорю я.
Прежде чем она отвечает, дверь открывается и появляется Синди, ее волосы полностью закрывают лицо, а руки вытянуты вперед, как будто она зомби.
— Фе Фи Фо Фум я чувствую запах крови английской маленькой девочки, — ревет она гортанным голосом.
Янна спрыгивает со стула и выбегает из кухни. Она запрыгивает на диван, повизгивая от страха и восторга. Синди несется за ней, заваливает ее на спину и начинает дуть на живот. Она заливается смехом, еле дыша.
От этой картины я улыбаюсь, замечая, что Янна стала счастливой, а не несчастной из-за того, что я уезжаю. Я знаю, что Синди будет все время ее чем-то занимать, пока я буду отсутствовать.
* * *
Константин встречает меня в стальном сером четырехдверном «Мерседесе». Он молча кладет мою небольшую сумку в багажник. На нем джинсы и рубашка на пуговицах, он выглядит более обычным в повседневной одежде, но совсем не менее ошеломляющим. Он переводит на меня свой сексуальный взгляд, и я чувствую, как сердце быстро начинает колотиться от химии, возникающей между нами, он обхватывает меня руками, его губы на оказываются моих, и его высокое, мускулистое тело прижимается ко мне.
Он усаживает меня на пассажирское сиденье, сам садится на водительское место, и мы отъезжаем.
— Ты не собираешься сказать мне, куда мы едем? — спрашиваю я.
У него на губах появляется еле заметная улыбка, он переводит на меня взгляд.
— А ты не думаешь, что это сюрприз?
— У тебя все покрыто тайной, — говорю я, только наполовину шутя.
Маленькая улыбка, а лицо совсем невыразительное.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты ничего не рассказываешь о себе. Никогда. Я признаю, что таинственные мужчины выглядят слишком сексуальными, но было бы неплохо узнать о тебе немного побольше.
— Что бы ты хотела узнать?
— Хоть что-нибудь. Что угодно. Например, хоть что-то о твоей семье.
Его выражение остается неподвижным.
— Ты сказал, что у тебя есть братья или сестры. Сколько? Где они живут? Чем они зарабатывают на жизнь? — Я с трудом останавливаюсь. Я хочу знать о нем все, но выпаливая вопросы, может заставить его закрыться от меня еще больше.
Он не отрывает глаз от дороги, совершенно не реагируя на мои вопросы, но температура в салоне заметно уменьшается. Определенный холодок чувствуется в нашей атмосфере, когда он отвечает совершенно без эмоций.
— У меня было два брата. Они умерли. Много лет назад.
