– Профессор, мой отец был адмиралом флота, как, впрочем, и дед, и прадед. Поэтому Пикоки абсолютно водонепроницаемы. – Секретарша задорно улыбнулась, но тут же виновато заморгала, понимая, что попусту отнимает у профессора время. Она заглянула в свой блокнот и доложила: – Доктор Венсеслас хотел переговорить с вами… но, кажется, он отправил вам что-то по электронной почте.
– Я позвоню ему.
– Кроме того, десять минут назад пришла мисс Спринг. Она в столовой пьет кофе, скоро вернется. – Секретарша с осуждением посмотрела на Джо, будто он провинился: прошел в грязных ботинках по только что вымытому ею полу. – Мне кажется, Эдвин не слишком обрадуется, что с ним в офисе будет сидеть еще один человек.
– Я не могу перевернуть все вверх дном в угоду Эдвину Пилгриму.
– А она очень знающая, к тому же на редкость привлекательная девушка. Правда, профессор?
Глаза Эйлин испытующе смотрели на него сквозь стекла очков, словно секретарша старалась что-то прочесть на его лице. Джо надеялся, что ей это не удалось.
– Вы так считаете? Откровенно говоря, я не заметил, – бросил Джо и вдруг смутился под долгим проницательным взглядом Эйлин.
Профессор пересек комнату и заглянул в соседнюю. В тесной комнатушке, где работал весь его коллектив, сейчас был только Пилгрим. Он сидел за терминалом и что-то набирал на клавиатуре. «Макинтош», принадлежащий Гарриет Тейт, работал в программе сохранения изображения.
– Привет! Доброе утро, Эдвин, – поздоровался Джо.
Эдвин продолжал заниматься своим делом. Наконец соизволил обернуться, рассеянно кивнул и снова углубился в работу. Профессор переступил порог. Два года назад у него постоянно работали четыре студента, но было очень тесно. Сейчас Рэй Пейтель отсутствовал – уехал в Штаты на год, но комнатки едва хватало на двоих: Эдвина и Гарриет Тейт. Здесь каждый метр пространства как-то использовался. Полки прогибались от книг, разбухших папок и скоросшивателей. Все свободное место на одной из стен занимали доски с разноцветными, неаккуратно вычерченными от руки диаграммами.
– А где Гарриет? – спросил Джо.
Пилгрим, казалось, не слышал вопроса. Затем, словно делая одолжение, нехотя обернулся. Один его глаз смотрел куда-то поверх головы Джо, а другой – на стену за его спиной.
– Она была здесь, – изрек он, причем таким тоном, будто сам же ее и прикончил, а труп спрятал.
– Ладно, может, когда она вернется, вы сообщите ей, что с сегодняшнего дня у нас новая сотрудница? Я хочу, чтобы Гарриет все тут ей показала.
– А где она будет работать? – подозрительно спросил Пилгрим.
– В этой комнате. Думаю, она может занять терминал Рэя.
Косой глаз Пилгрима гневно сверкнул. Лицо его вспыхнуло, на лбу выступили крупные капли пота, руки затряслись, челюсть отвисла, и рот так и остался открытым.
– Какими духами она п-п-п-пользуется? К-к-к-каким ш-ш-шампунем? – Эдвин всегда начинал заикаться, когда сердился, как сейчас.
– Понятия не имею, Эдвин.
– А может, у м-м-меня а-а-аллергия? Вы подумали об этом, п-п-профессор?
– Я думал, что вы принимаете новый антигистамин, который должен помочь вам избавиться от нее, – сказал Джо.
Пилгрим ударил себя кулаком в грудь:
– Это м-м-мое д-д-дело, что я п-п-п-п-прини-маю! Полагаю, у вас нет п-п-п-права п-п-п-посягать на м-м-мое личное п-п-п-пространство.
– Эдвин, когда вы начали работать у нас, в этой комнате сидели четыре человека, а весь прошлый год – трое.
– Вы не имеете п-п-п-права сажать к нам ч-ч-чужака!
– Она очаровательная девушка, – возразил Джо. – Кроме того, у нее наработаны серьезные результаты по загрузке разума, ей есть что предложить нам.
Он чуть не добавил, что вряд ли она пробудет у них долго.
– Это м-м-м-мое личное п-п-п-п-пространство.
Джо сокрушенно покачал головой:
– Эдвин, все это… пространство не принадлежит ни одному из нас, оно принадлежит университету и нашему спонсору, компании «Хартман перпетьюти[7] траст».
Вместо ответа, Пилгрим сорвал с крючка на двери свою куртку и сумку и выбежал из комнаты, втянув голову в плечи, словно бежал под проливным дождем.
Джо уже привык к подобным выходкам, но они все равно расстраивали его. Он подошел к терминалу, за которым только что работал Эдвин, и посмотрел на экран.
Пилгрим работал над программой, которая позволила бы увеличить объем памяти АРХИВа путем уплотнения информации и попутного отбрасывания ненужной. За последние три месяца ему удалось почти утроить объем памяти.
Джо поморщился. Если бы еще этот Пилгрим был более предсказуем… Кто знает, когда он перебесится? Хватит ли ему для удовлетворения своего самолюбия с часок побегать вокруг университета? Или он обиделся на несколько дней?
Джо прошел в свой кабинет. Прикрыв дверь, он сел к столу и просмотрел почту. Потом он развернулся вместе с креслом к терминалу, нажал на клавишу ввода, чтобы включить экран, вошел в систему, набрал пароль и напечатал: «Вход по взаимодействию с АРХИВом».
На экране появился ответ: «Доброе утро, профессор Мессенджер. Как вы спали?»
«Очень плохо, АРХИВ».
«Я заметил, что всю ночь вас что-то беспокоило».
