Он жестом показал на стакан на подносе. Часть меня хотела отказаться. Но другая часть советовала подыграть ему… особенно потому, что мне вдруг снова срочно понадобилось лекарство от похмелья.
Так что я взял стакан, поднял его, приветствуя Флека, и залпом выпил. Затем вернул стакан на поднос и улыбнулся.
— Вас явно мучила жажда, — заметил он. — Повторить?
— Нет, спасибо. Одного достаточно.
Флэк кивнул Мег, и она удалилась. После этого он жестом пригласил меня сесть в кресло. Сам он устроился на диване напротив, причем таким образом, чтобы не смотреть на меня, а разговаривать с ближайшей стеной по диагонали.
— Итак… — начал он, — есть вопрос.
— Готов ответить, — сказал я.
— Как вы считаете, моя жена алкоголичка?
О, господи…
— Откуда мне знать.
— Но вы два вечера подряд пили с ней.
— Да, это правда.
— И в обоих случаях она основательно напилась.
— Как и я.
— Значит, вы тоже алкоголик?
— Мистер Флек…
— Зовите меня Филипп. И я хочу сказать, что Марта прекрасно о вас отзывалась. Причем учтите, в тот момент она была в сильном подпитии. Но ведь это часть ее очарования, как вы считаете?
Я промолчал. Потому что не знал, черт побери, что говорить.
А Флек спокойно молчал почти минуту, пока, не выдержав дискомфорта, я сам не нарушил молчания:
— Как порыбачили?
— Порыбачил? Я не ездил на рыбалку.
— В самом деле?
— Нет.
— Но мне сказали…
— Вас дезинформировали.
— Вот как. Тогда, если вы не были на рыбалке…
— Я был в другом месте. В Сан-Пауло, я там отдыхал.
— Понятно.
На этом разговор прервался. Флек снова таращился на стену.
Наконец, после еще одной бесконечной минуты, он заговорил:
— Итак, вы хотели меня видеть…
— Я хотел?
— Мне так сказали.
— Но… вы же сами меня сюда пригласили.
— Неужели?
— Так и было.
— А… конечно.
— В смысле, я решил, что вы хотели меня видеть.
— Зачем?
— Насчет сценария.
— Какого сценария?
— Сценария, который я написал.
— Вы пишите сценарии?
— Вы что, так шутите?
— Разве похоже на то, что я пытаюсь шутить?
— Нет, но похоже на то, что вы играете со мной в непонятные игры.
— И что это за игры, позвольте спросить?
— Вы знаете, почему я здесь.
— Скажите еще раз…
— Все, забудьте, — заявил я, вставая.
— Простите?
— Я сказал — забудьте…
— Почему вы так сказали?
— Потому что вы валяете дурака.
— Вы рассердились?
— Нет, я просто ухожу.
— Я сделал что-то не так?
— Я не желаю в это вдаваться.
— Но если я сделал что-то не так…
— Разговор окончен. До свидания, — попрощался я и направился к двери. Но меня остановил голос Флека:
— Дэвид…
— Да? — спросил я, оборачиваясь. Теперь Флек смотрел прямо на меня, на его лице блуждала хитрая улыбка, в руке он держал экземпляр моего сценария.
— Попался, — сказал он.
Но я и не думал сиять, как стосвечовая лампочка, восхищаясь его шутке.
Тогда он изменил тон:
— Надеюсь, вы на меня не сердитесь.
— Прождав вас целую неделю, мистер Флек… Он перебил меня:
— Вы правы, правы, и я прошу у вас за это прощения. Стоит ли обижаться на невинный розыгрыш между коллегами?
— Мы с вами коллеги?
— Я очень на это надеюсь. Потому что мне хочется поставить фильм по этому сценарию.
— В самом деле? — спросил я, стараясь не проявлять особой заинтересованности.
— Я считаю, что вы замечательно над ним поработали. Теперь это противоречивый фильм-экшн с жестким политическим подтекстом. Ведь вы нацелились на болевые точки нашего общества, на тоску, которая стала основой современной американской жизни…
Все это было для меня новостью, но к тому времени я уже хорошо знал: если продюсер начинает с энтузиазмом объяснять, про что твое кино, самое лучшее — величественно кивать головой… даже если ты считаешь, что он говорит полную чушь.
— Разумеется, — сказал я, — прежде всего это жанровое кино…
— Абсолютно точно, — заявил Флек, жестом приглашая меня снова сесть в кресло. — Но сценарий разрушает жанр, точно так же, как Жан-Пьер Мелвилл[24] переделывает экзистенциальную легенду об убийце в «Самурае».
Экзистенциальную легенду об убийце? Ну еще бы.
— На самом деле, — сказал я, — это рассказ о двух мужиках из Чикаго, которые пытаются ограбить банк.
— И я знаю, как надо снять эту сцену ограбления.
Следующие полчаса он излагал мне кадр за кадром, как будет снимать ограбление банка: с использованием стедикама[25] и зернистой цветной пленки, чтобы «получить ощущение того, что кадры сняты скрытой камерой». Затем он начал говорить о кастинге:
— Я хочу пригласить только неизвестных актеров. А для главных ролей я всерьез подумываю о двух удивительных парнях, которых в прошлом году видел в Берлине…
— Как у них с английским? — спросил я.
— Над этим можно поработать, — сказал он.
