Отвлеченный движением открывающейся двери, Николай повернулся, сквозь образовавшийся просвет мелкой иноходью в комнату вступил кролик Кузя. С полезшими на лоб глазами секунду глядя на него, Николай повернулся к Сергею:
– Кто это?
– Кузя, кролик из Белоруссии.
– И… как это вообще?
– Сидел в сумке, видно, ты его не заметил. Такое бывает.
– А почему размер такой небольшой?
– Декоративная порода. Там, кстати, еще его жена и семеро крольчат в сумке, они там все вместе сидели.
– Понятно. Так ты целую популяцию кроликов оттуда увез, во главе с отцом семейства? Серьезный подход. Может, ты ему еще отдельный билет покупал?
– Нет. Он ехал зайцем.
– Очень симптоматично.
Вошедшая Наташа, быстро присев и подхватив кролика, выпрямившись на высоких открытых ногах, на секунду остановилась у двери.
– Вообще-то у нас все готово.
– Будем всенепременнейше.
Проводив ее взглядом, Николай развлеченно-признающе взглянул на Сергея:
– Это твоя белорусская подруга?
– Да.
– Сексапильная самка.
– Чего от нас хотят?
– Присоединиться к нашим нимфам. Они, видимо, там уже что-то накрыли. Придется так и сделать.
– Есть совершенно ничего не хочу.
– Ну, никто ж не заставляет, значит, будешь просто поддерживать разговор. Ладно, пойдем, а то неудобно.
Вынужденно поднявшись вслед за Николаем, Сергей отключил анализатор, по гулкому коридору со свежелакированным полом они прошли на кухню. Сидевшая рядом с Наташей среднего роста девушка с каким-то порнографически большим бюстом и длинными, на прямой пробор, золотистыми волосами вскинула на них зеленые глаза:
– Мы думали, вы про нас забыли.
– Ну что вы.
Обходя столик, Николай сделал светский жест в обе стороны:
– Сергей, Юля.
– Очень приятно.
– Ну что вы там, решили ваши проблемы?
– Да, все нормально.
– Очень хорошо.
Наташа весело взглянула на него:
– Мы тут тоже обсуждали.
Подхватив ее слова, девушка быстро повернулась к Николаю:
– Мы обсуждали мужчин.
– Ну, понятно, что не теракты в Северной Ирландии.
– Мы обсуждали, каким должен быть мужчина, чтобы женщина могла сразу пойти за ним, ни о чем не рассуждая, то есть с самого начала ему довериться.
– Понятно. Идеальный мужчина. Вечная тема. Хотя, собственно, непонятно, что тут обсуждать, когда все давно известно и решено.
– И что, он существует?
– Ну, в принципе, есть такой лабораторный гомункулус, залог женского счастья, в чистом виде, конечно, не встречается. Впрочем, я видел отдельных особей, которые стояли от него не так уж далеко.
– Боже, как интересно. И какой он?
– Тебе нужны тактико-технические данные?
– Ну конечно. Должна ж я знать, с кем буду счастлива.
– Не слишком интересная тема.
– Боже мой, неужели. Но ты все-таки сделай насилие над собой.
– Ну, если ты этого так хочешь… Итак, прежде всего базовое, категорически-фундаментальное требование. Он должен обладать непреодолимым желанием поставить в паспорте штамп ЗАГСа и получить на руки свидетельство о браке.
Сергей мрачно поднял голову:
– И лучше не один раз.
– Нет-нет, именно один раз и на всю жизнь, и при этом далее рассматривать этот штамп как наивысшую ценность и свое наивысшее достижение.
– И всем его показывать.
– Ну да. Чтоб завидовали.
Отстранившись, девушка оскорбленно взглянула на них:
– И что в этом плохого?
– Да нет, ничего, наоборот, это гораздо более продуктивная мания, чем алкоголизм или какое-нибудь коллекционирование спичечных коробков.
Мрачно-искоса Сергей взглянул на Николая:
– Алкоголизм более распространен.
Смеясь глазами, Наташа быстро кивнула:
– Коллекционирование тоже. У нас как раз на работе один коллекционировал какие-то этикетки.
– И не женился?
– Не-а.
– Вот сволочь.
– По-вашему, одного желания штампа в паспорте женщине достаточно?
– Это главное достоинство, затмевающее все остальные. Хотя есть, конечно, и другие.
– И какие же?
– Он должен умиляться при виде детей и всем своим видом показывать, как ему приятно это зрелище и как он готов к аналогичной роли. А потом, когда ребенок действительно появится, он должен постоянно его фотографировать и так же постоянно показывать эти фотографии родным и знакомым, подробно объясняя, как и когда все было сфотографировано, какими обстоятельствами сопровождалось и кто что сказал.
– А помогать женщине ухаживать за ребенком он не должен?
– Ну, это само собой. А потом все фотографировать.
– Еще что?
– Еще он должен уметь готовить все на свете блюда, постоянно этим увлекаться, полностью взять на себя домашнее хозяйство, а когда к жене будут приходить подруги и обсуждать ее семейную жизнь и ей завидовать, время от времени появляться на кухне, всем улыбаться и спрашивать, все ли в порядке и не надо ли еще чего-нибудь принести или приготовить.
Вспомнив свой опыт, Сергей мрачно поднял голову:
– Еще он должен любить ездить на дачу, копать там грядки, вносить в них разные удобрения и любить носить в ведрах землю и перегной. И увлекаться консервированием. То есть огурцы засовываются в банку, заливаются каким-то раствором, а потом на банку накладывается крышка и с помощью какой-то хреновины обжимается по краям, чтоб потом ничего не протекло.
– Это важное замечание, его надо зафиксировать.
