- Вход в этот зал зачарован, вся ложь слетает, словно шелуха, поэтому здесь хранятся истинные драгоценности, а не подделки и муляжи. Я немного подправил заклинание и любой сюда входящий: не может солгать здесь, - повернулся ко мне лицом и объяснил мне мастер. - Не бойся, Алеста, твои тайны останутся тут. Ты зря приехала. Вам с Алексом следовало оставаться в Заргонате. Теперь одни наследник рода мертв, а другая выставила себя, словно экспонат на всеобщее обозрение. Уезжай Алеста, здесь тебя ждет лишь смерть.
- Нет. Моя душа не успокоится без ответов. И через год, и через пять, и через десять лет я не перестану терзаться вопросами.
- Как я уже сказал: в этих поисках ты можешь потерять свою жизнь.
- А ее и не было, - парировала я. – Всю свою недолгую жизнь я готовилась покарать убийц своих родителей… а теперь и Алекса забрали… Я уничтожу их, чего бы мне это не стоило! - стерла я ладонями непрошенную влагу со щек и развернулась к выходу.
- Постой! – окликнул меня старичок, и я повернулась. – Если убеждать тебя бессмысленно… - поднялся с кресла он и приблизился. – Тогда… вот держи, - он протянул мне перстень с голубым камнем и кулон с полупрозрачным янтарем на цепочке. – Это артефакты. Когда захочешь, чтобы в разговоре с тобой собеседник говорил правду – сожми янтарь и подумай об этом. Он будет действовать только на одного человека, который окажется ближе всех к тебе и только до момента, пока сжимаешь кулон. Как только перстень окажется на твоем пальце, артефакт привяжется к твоей ауре и в случае опасности: камень нальется синим цветом.
- Спасибо большое, мастер, - в изумлении прошептала я. – Но это бесценные вещи… разве можно с ними вот так просто расстаться?
- Не просто… далеко не просто то: что ты собираешься сделать, и это самое малое, чем я могу помочь тебе. Обещай мне кое-что, - пристально уставился он в мои глаза. – Когда ты найдешь принца Таирина, то поможешь ему принять себя.
- Принять себя? Что еще за бред? С чего бы вообще мне его искать? – опешила я.
- То, что не смогли предотвратить двадцать лет назад
Ювелир поднялся с кресла и побрел в сторону одного из стеллажей, я последовала за ним. Он выдвинул какой-то ящичек и вынул большую шкатулку.
- Когда родители вас с Алексом эвакуировали, их банковские счета отслеживали, и они расплатились со мной родовыми драгоценностями и реликвиями за мою помощь. Это твое наследие, девочка, - протянул он мне ларчик. – Денег не надо, а цацки для жены купишь в другом салоне. Прощай, наследница де Агроз…
Это было последним, что я услышала, как вдруг меня закружило в воздушных потоках, и в следующее мгновение я оказалась на улице перед зданием ювелирной лавки. Еще с минуту я приходила в себя, словно от сна. Реальность произошедшего подтверждала огромная шкатулка в моих руках. Несколько раз глубоко вдохнув свежий воздух, я, призвав стихию уже своими силами, переместилась ко входу в банк.
Я вошла в банк и сразу заметила свою троицу. Они расслабленно сидели за столом, о чем-то тихонько переговариваясь. Я направилась в их сторону, но они по-прежнему меня не замечали. Тогда я призвала стихию и за секунду переместилась к столу, нависая над ними:
- Против кого дружим? – пророкотала я мужским басом и все трое подскочили с мест.
Я внимательно всматривалась в их лица, но испуга: что застала их с поличным, не увидела. Только укор и облегчение, что ожидание моей персоны закончилось. Голубки уселись на свои места, Арти отодвинул для меня стул и мы тоже присели к столу.
- Герцог, думаю: ваша супруга права – ходить нам седыми, - с поддельным недовольством пробубнил Кевин.
- Переживете, - улыбнулась им. – Вещайте, я внимаю…
Мне стали подавать по документу, попутно рассказывая: что это, почему и зачем. Я бегло прочитывала бумаги, удостоверяясь в словах моих работников, подписывала и мы переходили к следующему бланку. В таком темпе мы провели больше часа. Когда все документы были мной заверены, я отправилась в хранилище банковских ячеек.