Интересно, он счастлив с ней? Счастлив после нашего разрыва? Наверное, да, раз все вокруг кидались в меня камнями. Странно, что мое сердце никак не хотело забывать его, а, наоборот, билось чаще при мысли о Нике. Если бы он знал, как мне плохо без его тепла и любви, как мои слова, брошенные вскользь, изменили мою жизнь. Нашу жизнь. Но ее нужно как-то продолжить. Без него. Без его присутствия. Нужно встать на ноги и идти с высоко поднятой головой, как я всегда это делала. Если не ради себя, то хотя бы ради ребенка. За его существование нужно бороться. Но получится ли? Время покажет…
***
Вопреки всем трудностям, моя жизнь продолжалась, текла своим чередом. Порой слишком быстро или слишком медленно, но постепенно я адаптировалась к подобному ритму, перепаду температур и настроению. Да, настроение зависело от моих гормонов. Иногда будущий малыш не совсем радовал меня, ставя меня в неловкое положение, но за пару недель я привыкла к этому. Привыкла к новой квартире недалеко от центра города, которую мне удалось снять на оставшиеся на счету деньги, привыкла к любопытным взглядам толпы.
Привыкла быть одной…
Хотя нет, это ложь. Не привыкла и не привыкну. Я никогда не была одна, меня всегда окружали социально значимые люди и богатые мужчины, всегда я находилась в центре внимания. Я и сейчас в нем нахожусь, только вместо восхищенных взглядов встречаю лишь презрение и желание стоять от меня на расстоянии пары шагов. Брезгливо. Даже Лола и Альбина, с которыми я пересеклась недавно на улице, сделали вид, что совсем меня не знали, состроив не самые приятные гримасы на идеальных личиках. Но если на них мне было наплевать, как и на других светских шавок, раскрывающих свой отреставрированный под лезвием пластического хирурга рот, то одна из подобных встреч заставила меня посмотреть на прошлую жизнь иначе.
В этот день я прогуливалась по ЦУМу, желая купить себе немного обновок. Надо сказать, он стал для меня роковым. Мало того, что покупатели, которые были в курсе последних сплетен, косились на меня, так еще и работники известных брендов относились так, будто я самый ужасный человек на свете. Они больше не старались облизывать меня, желая показать последние новинки, не предлагали кофе. Я словно осталась на дне морском, пока недостойные людишки выбирали себе одежду и любезничали друг с другом. И одним из таких людишек оказался Даниил Захаров, который, в отличие от других, не сделал вид, что меня не существует, а прошел довольно большое расстояние и сказал:
– Ну, привет, Лика, – он не казался мне веселым, как обычно, но и презрения в его глазах я не видела, за что была очень благодарна. – Наслышан о твоих подвигах.
– Много хорошего услышал из этого?
– Честно? Не совсем, – на странность, он слегка улыбнулся, несмотря на слова, которые не вызывали смеха в принципе, но мне почему-то стало чуть легче на душе. – Как ты вообще связалась с Красницким? – а вот теперь это облегчение кануло в лету, уступив место неприятному чувству, колющему где-то в районе груди. Упоминание Ника не прошло бесследно, как я рассчитывала. Оно резало тонким ножом по сердцу, а разум подкидывал приятные воспоминания нашего времяпрепровождения. Те сладкие минуты, когда нам было хорошо вместе, когда мы наслаждались телами друг друга, а губы шептали о любви. О первой любви, которую я испытывала когда-либо.
– Разве это имеет значение?
– Ты права, уже никакого. Мне просто не верится, что ты повелась на него, – его слова звучали как приговор для наивной дурочки, которая запуталась в сетях любви. Даня прав, раньше бы я ни за что не связалась с женатым мужчиной, не стала бы разлучницей или, того хуже, не влюбилась бы. Однако Ник стал моим исключением из правил. Моим жизненным ориентиром. Моей первой настоящей любовью. Той самой, которая разбивает сердца молодых девушек. Однако они переживают ее в подростковом возрасте, пройдя море испытаний, тут же вступают во взрослую жизнь, минуя подводные камни.
На мгновение я вспомнила себя прежнюю, ту самую Анжелику Королеву, которая разбивала мужские сердца, к чьим ногам преклонялись представители сильного пола. Я перебирала этот образ, созданный мною еще в школе, и понимала, что никогда больше не стану такой. Не верну себя прежнюю. Не слеплю ту девушку со стойким характером и высокомерным взглядом, потому что все эти чувства исчезли. Я никогда не смогу стать прежней, потому что Ник однажды показал мне другую сторону жизни, открыл во мне другие чувства.
Заставил узнать, что такое любовь…
– Эй, ты чего, – я не сразу почувствовала чужие объятья, не сразу увидела в глазах беспросветную темноту, когда меня прижали к теплой груди. Не сразу поняла, что из глаз потекли слезы.
