А если нет? Не будет никакой Сильвии Хейли. Следы, что остались на запястье после общения с Мером и аромат парфюма в спальне, который не выветрился до сих пор, вполне реальны. Так почему реальным не может быть и все остальное? Я нервно сглатываю, вновь крепче стискивая пакет пальцами.
Лед уже здорово подтаял.
– Джейн, иди лучше домой, проспись. Потом самой стыдно будет за ту чушь, какую ты несешь.
Во взгляде подруги тухнут последние искры понимания и загорается явное разочарование. Я вижу, как она качает головой и бросается вперед подобно разъяренному быку, завидевшему красную тряпку. Мысли мгновенно вылетают из головы, забывается желание отбиваться злополучным пакетом льда – тот выпадает из рук и с грохотом валится на паркетный пол, когда я группируюсь и прикрываю голову руками.
Джейн сильнее, ей ничего не стоит не только оттаскать меня за волосы, но и как следует покалечить. Страх прошивает каждую клеточку тела, забирается под кожу, заставляя плотно жмуриться и дрожать с ног до головы, как глупая маленькая девочка. Господи, пусть Джейн остановится. Пусть остынет и не трогает меня. Пусть проваливает отсюда.
Удара так и не следует.
В воздухе стоит знакомый аромат дурацкого парфюма и серы.
– Убийство тебе не поможет. Неужели ты не можешь подождать пару месяцев?
Я широко распахиваю глаза, едва услышав уверенный голос Мера. Он стоит передо мной во весь рост, и из-за его широкой спины толком не разглядеть Джейн, но удивление в серых глазах подруги я все-так замечаю. Мой взгляд немногим лучше. В голове не укладывается, что все это – правда: глупый ритуал, высоченный демон с массивными рогами, ярость Джейн, исполнение желаний.
Всего несколько отчаянных мыслей, а Мер уже здесь, крепко стискивает занесенный кулак Джейн когтистой рукой и криво ухмыляется. Неужели достаточно просто подумать о чем-то, чтобы он бросился исполнять мои желания, как послушная собачонка? Эта мысль вихрем проносится по сознанию, снося все на своем пути: недоверие, шок, страх.
– Чушь, а, Сильвия? – сделав шаг назад, Джейн с презрением плюет под ноги. На тыльной стороне ладони остался ярко-красный след от мертвой хватки Мера. – Какая же ты на самом деле змея.
Дверью она хлопает с такой силой, что сотрясаются стены холла и валятся с крючка ключи. Словно завороженная, я смотрю вслед подруге из-за спины Мера и не могу произнести ни слова. В голове каша, и разобраться, где кончаются попытки впихнуть происходящее в привычные рамки и начинается странная, неправильная реальность, не выходит.
Как далеко все это зайдет? Мер может исполнить любое желание? А сколько раз? Вопросы возникают один за другим, но задать их – все равно что подписать себе смертный приговор. Липкие щупальца страха оплетают сознание, напоминая, что ничего не дается просто так. Демон потребовал душу, и для него это не пустой звук. Стоит поторопиться, пожелать лишнего, и я просто исчезну.
Точно как хотела Джейн.
– Мер? – зову я непривычно тихо и несмело.
– Чего тебе, детка?
– Почему ты пришел именно в этот момент? Не когда Джейн заявилась в квартиру и не когда она собиралась мне двинуть. Почему именно сейчас? Она ведь уже замахнулась.
Пожалуйста, пусть скажет что-нибудь про демоническое чутье или еще какую-нибудь магическую чушь. Что угодно, лишь бы не оправдались мои худшие ожидания. Пожалуйста.
– Потому что ты этого пожелала. Я здесь, чтобы исполнять твои сокровенные желания.
Он оборачивается и касается пальцами моего подбородка. Ухмыляется. Красные глаза все так же сверкают, хотя в холле светло. Голос его звучит тише, хрипит:
– И им вовсе не обязательно быть такими, какие ты воображала себе утром. Я способен на многое, знаешь?
– Сколько…
Я запинаюсь, прочищаю горло. Демон или нет, Мер извлекает из этого выгоду: он такой же исполнитель, как, например, таксист, что вчера подвозил меня до дома. У него просто другая специфика. Особенная.
При мысли об этом я нервно посмеиваюсь, но спрашиваю уже куда увереннее:
– Сколько у меня желаний?
– А сколько ты готова обменять на собственную душу?
И довольная ухмылка на его лице не предвещает ничего хорошего.
