Но сейчас в подобной тактике таилась опасность. Он мог и ошибиться, но после неприятностей в башне корпорации предпочитал перестраховаться. К тому же оставались безопасники. На Геринга работают целые отделы аналитиков, для них ничего не стоит поднять последние сетевые запросы, на всякий случай устроить наблюдение. Сам бы так поступил.
Хмурый Кнут первым выбрался из машины, зябко поежился и с неприязнью посмотрел в огненно-рыжее небо большого города. Вокруг унылые приземистые пятиэтажки, отстроенные в прошлом веке, густые заросли кустов и чахлые клены. Во мраке подслеповато горело несколько окон, там мелькали смутные тени.
– Гребанные полуночники, не спиться им, – беззлобно фыркнул Ирбис, захлопнул дверь и встряхнулся. – Что за лето такое? То тропические ливни хлещут, то полярным холодом тянет.
– Климат после Войны переменился.
– Я в разведку?
– Иди, – разрешил Кнут. – Мы следом. Медленно. Если что, успеешь вернуться и предупредить. И по крышам не сигай, небо светлое.
– Не учи папу делать детей. Осмотреться тоже нужно.
Прежде чем кто-либо успел возразить, боец мягко скользнул к стене ближайшего дома. Разбежался и оттолкнулся от стены, в прыжке дотянулся до скрытой в темноте пожарной лестницы. Качнулся и, использовав инерцию, рванулся вверх, ловко вскарабкался по перекладинам. Вскоре на фоне оранжевого зарева мелькнула черная фигура, тут же пропала.
– Пойдем, законник, – скупо обронил лысый.
– У него нет ночного зрения, – нейтральным тоном заметил Миронов. Напряг и расслабил мускулы, потрогал рукоять игломета. Затем расстегнул молнию куртки, чтобы не тратить время, если придется схватиться за пистолеты.
– Нет, – подтвердил Кнут. – Но света достаточно. Да и ПНВ еще производят.
Они двинулись по узкому тротуару, что петлял между замерших в дреме домов, старались избегать света фонарей. Пахло свежескошенной травой и тухлыми яйцами – очевидно, где-то рядом протекали коммуникации дом-систем. Царила звенящая тишина: ни шума покрышек, ни людских голосов. Тьма надежно скрывала и трещины в асфальте, и скамейки.
Вскоре пятиэтажки закончились и показалось открытое пространство заурядного частного района: вереницы фонарей, беговые дорожки, аккуратные коттеджи в окружении низких заборчиков, стриженные газоны.
Стиль откровенно слизан из старых американских фильмов, но теперь об этом мало кто знал. И скрытно идти здесь намного труднее. Разве что садами, но там есть вероятность нарваться на злого пса или хуже – на модифицированного кота. На фоне свирепого теленка с огромными клыками и когтями пасуют и охранные дроны, те хоть предупреждают: мол, стрелять буду… буду-буду!..
Преступник сделал остановку, вместе с Игорем спрятался в густых зарослях кустарника у дороги. На гладком безволосом лице не отразилось ни единой эмоции, но глаза стали цепкими и внимательными. Агент то и дело косился, пытался угадать, какие способности использует.
Все-таки странный тип, боевых имплантатов нет. А по виду явно изменен – отсутствие волосяного покрова и поведение, да. Но как? Регенерация? Маловато для преступника. И не сенсорик, сейчас так же слеп как и Миронов.
Впрочем, внимание агента быстро переключилось, так как вдалеке мелькнул пучок света, проворчал двигатель. Дальше, на границе района полыхало тусклое алое зарево, виднелись изломанные силуэты сервисных роботов, облака то ли пара, то ли дыма.
Хм, это что такое?..
На той стороне дороги в тени раскидистых яблонь мелькнуло черное пятно. Ирбис показался на миг, поманил.
– Ну? – угрюмо спросил лысый, когда он и законник преодолели освещенный участок, вломились в заросли.
– Не понукай, не запрягал, – огрызнулся боевик. – Дом я нашел, там тишь и гладь. Два дрона патрулируют на высоте: один рядом, второй на границе чувствительности первого. Зуб даю – хозяева у стрекоз разные.
– Провести сможешь?
– Да, интервал вычислил и тропку отыскал. По задним дворам пойдем.
– Что еще?
– Конкуренты от корпорации.
Кнут чуть слышно присвистнул, а Игорь мысленно чертыхнулся – чувствовал же.
– Много?
– Не знаю. Рассмотрел пять бойцов, остальные – слухачи и техники. Но им сейчас не до нас, вроде б недалеко какая-то авария, дронов как тараканов в хлебнице, информационные каналы отданы ремонтным службам. Техники пытаются восстановить связь, охранка курит.
