Искусственный свет полностью

Элли держала в руках небольшой пульт управления координирующей системой «Аргус». Дерек еще ни разу не видел эту новейшую разработку в деле, но принципы ее работы были известны каждому в подразделении. Большое количество – порядка двухсот маленьких, размером с человеческий глаз, шариков, покрытых пуленепробиваемым, синтетическим аналогом стекла, было упаковано в рюкзак разведчицы. Эти небольшие прозрачные резервуары несли в себе мощнейшие радары и сканеры, необходимые для определения наличия как физических, так и ментальных тел. Активировав систему, Элли выпускала эти шарики в нужном направлении, и они, плавно паря в воздухе за счёт встроенных антигравитаторов, выдавали, нужную разведчице, информацию об окружающей обстановке.

Девушка, судя по всему, занималась сейчас доводкой и калибровкой системы. Торчащий из ее ушной раковины наушник говорил о том, что она полностью погружена в дело. Элли всегда вдевала в ухо наушник, едва кто-то начинал мешать ей работать, а со временем она стала делать это, приступая к любому занятию, требующему маломальского сосредоточения.

Разведчица конечно нравилась Дереку, и он понимал, что она давно это заметила. Но также он и осознавал то, что она слишком хороша для него. Умная и решительная, она всегда держалась уверенно и собранно, и за все те два месяца, что он был в подразделении, она ни разу не дала ему засомневаться в своей компетентности. Казалось она знает всё, чего ни коснись, на любой вопрос у нее всегда готов ответ, но при всем при этом она не теряла своей милой очаровательности. Дерек не мог объяснить почему, но его со страшной силой влекло к ней, хотя он в общем на дух не переносил правильных девочек. Ему больше нравились разбитные горе-девчонки, пьющие и ругающиеся матом напропалую. В их глазах он видел, пусть и горькую, но правду, правду окружающей действительности. А Элли, она казалось жила в какой-то отстраненности от всего что происходило вокруг. Жила в своем маленьком мирке, где для таких как он никогда не найдётся места.

Дождь, мерно выстукивающий барабанной дробью по крыше начал постепенно убаюкивать наводчика и он, сам не заметил, как его отяжелевшие веки медленно опустились, погрузив его, дрожащий от нехватки сна, разум в мир очередного ночного кошмара.

– Просыпайся – донесся до него издалека голос матери. Но он не спал, потому что знал, что его ждёт, когда он поднимется. Лёжа в кровати, он, изо всех сил старался сделать вид что всё ещё спит, хотя сердце его, бешено колотясь, едва не выпрыгивало из груди.

– Вставай засоня – коснувшись холодной мокрой рукой его лба, проговорила мать.

– Я не хочу – проскулил Дерек, дрожа всем телом.

– Мало ли кто и чего хочет, дорогой. – сказала она, хватая его за плечи и поднимая на кровати.

Нехотя открыв глаза, он посмотрел на нее. На, блестящем в нескольких местах, белом черепе торчали пучки обгорелых темных волос, за которыми она раньше так любила ухаживать – расчёсывала их перед зеркалом чуть ли не по часу. Безобразное лицо было покрыто, отслаивающимися темными кусками горелого мяса, а два светло-молочных, словно огромные тусклые жемчужины, глаза, были устремлены прямо на него.

Дерек, отвернувшись посмотрел в сторону. Комната, в которой он находился была уложена белым кафелем, отражающим блики холодного света флуоресцентных ламп. Потолок, пол, стены – все было скрыто под слепящей глаза поверхностью и глазу не за что было зацепиться. Ему неоткуда было ждать спасения.

– Пора купаться, родной – сказала мать, одарив маленького Дерека холодной безжизненной улыбкой, отчего ее левая щека, порвавшись прямо по центру, стала кровоточить.

– Я не хочу – твердо заявил он.