- Это человек - маркиз Рокпорт, - продолжила я тем временем. - Буду с вами откровенной, я не ожидала, что он зайдет так далеко. Маркиз вмешивается в дела нашей семьи в исключительных случаях. Очевидно, он посчитал, что вы в достаточной мере... исключительны. Мне удалось уладить это недоразумение, но хочу вас предупредить, что отныне за вами будут следить очень пристально, - я сделала многозначительную паузу. - Не пытайтесь избавиться от слежки, они так или иначе узнают все, что им нужно. Если на вас будут пытаться оказать давление - не лезьте на рожон, по возможности уходите от конфликта и как можно скорее докладывайте о случившемся мне. Еще раз повторю - не пытайтесь перехитрить этих людей, вы просто не представляете, с кем имеете дело. Один раз вам повезло. Другой раз удачи может и не хватить.
- Вы говорите... слишком откровенно, - произнес Лайзо спокойно, но кровь от лица у него отхлынула. - А могу я узнать, чем заслужил такое нерасположение маркиза?
- Конечно, можете. Скажем так, маркиз осведомлен о вашем прошлом.
- Насколько хорошо?
Напряжение в комнате стало почти физически ощутимым. Лайзо будто закаменел.
- Недостаточно хорошо, чтобы предъявить вам официальное обвинение. Кроме того, маркиз вряд ли захочет, чтобы арест водителя и судебный процесс повредили моей репутации, - честно ответила я. - Однако это не тот случай, когда нужны формальные обвинения. Думаю, не надо вам пояснять, почему. Да, кстати, говорит ли вам о чем-нибудь имя Саммершот?
- Розалин? - живо откликнулся Лайзо, и в глазах у него мелькнула тень некоего определенно приятного воспоминания.
- Вижу, что говорит, - ответила я, когда сумела справиться с неуместным чувством раздражения. - Так вот, та история вызывает у меня отвращение, не буду скрывать. Нельзя играть человеческими жизнями, это даже хуже воровства и ненамного отстает от убийства. Эллис сказал мне, что вы хотите оставить прежнюю жизнь. И только поэтому я взяла вас на работу. Прошлое исправить невозможно, но начать все с чистого листа вы можете. И это, мистер Маноле, будет поступок сильного человека, заслуживающий самого глубокого уважения. Легко быть праведником с детства, под пристальными взглядами не менее благочестивых родителей или, к примеру, монахинь из пансиона. И куда как труднее отступить с пути легкого и сладкого, отказаться от ложной гордости и фальшивой свободы, стать... человеком.
Я замолчала. Прошение об увольнении медленно дотлевало на подносе. Может, следовало подписать эту глупую бумажку и избавиться от множества проблем разом?
Нет. Уверена, как только Лайзо лишится работы у меня, дядя Рэйвен завершит начатое. Самому Лайзо, конечно, знать об этом не стоит.
- Спасибо, леди, - произнес вдруг он, и я вздрогнула от неожиданности.
- За что?
- За откровенность, - улыбнулся вдруг Лайзо. Он выглядел сейчас так, как будто и не было последних нескольких дней - тот же легкомысленный кошачий прищур, что обычно, и чуточку нахальная поза. - А... что еще рассказывал обо мне маркиз?
"Что еще ему известно", - перевела я про себя.
- Э-э... Много и всякое, - мне очень хотелось спросить про второе прозвище, про "Искусителя", но язык не поворачивался. - Настолько любопытные вещи, что теперь меня мучает один вопрос: если все это правда, зачем вы согласились на место водителя?
Я спросила это шутливым тоном, но Лайзо неожиданно посерьезнел.
- Не знаю, леди. Не спрашивайте. Только одно скажу - я б не променял сейчас свою теперешнюю жизнь на ту, прежнюю.
Что-то в его голосе подсказало мне, что дальше проявлять любопытство будет крайне неразумно. Да и разговор затянулся - наверняка Мэдди уже ждала меня под дверью, изнывая от нетерпения перед поездкой за шляпками.
Я уже думала, что сюрпризы у судьбы в шкатулке закончились - хотя бы на ближайшие несколько дней. Но тщетно. Когда мы с Мэдди прибыли в кофейню, нагруженные шляпными картонками, выяснилось, что на кухне меня уже ждет Эллис с двумя новостями.
Во-первых, этой ночью были арестованы шестеро подозреваемых в ограблении галереи - все выходцы с Альбы, воры, промышляющие в основном предметами искусства.
Во-вторых, мальчишки нашли на берегу Эйвона странный обрывок, грязный и обгорелый.
- Мы показали его Уэсту, Виржиния, - азартно прошептал Эллис, опасливо оглянувшись на Георга. - И он, в смысле, Уэст, тут же рухнул в обморок, а когда очнулся, то опознал в обрывке фрагмент картины. Это почти победа, Виржиния! - Эллис помолчал. - А Уэста, кстати, сегодня утром свалила лихорадка. Совсем плох, бедняга, лежит в беспамятстве, едва ли не при смерти... В общем, нам сейчас не до скуки!
- Охотно верю, - ответила я, когда совладала с со своими чувствами. - Вы удивительный человек, Эллис. Всего несколько дней назад у вас были только догадки, а теперь в камере ждут допроса сразу шесть подозреваемых.
