В дальнейшем она старалась вести себя так, будто находится на неизвестной планете, на которой живут непонятные существа и, возможно, смертельно опасные микробы. Но Кармела-то была хоть и несчастным, но вполне
Жизнь устроена очень просто и понятно.
Продуктов и товаров в магазине не может не быть – может лишь не быть денег для их покупки. Кварталы любого города делятся на бедные и богатые, а внешний вид дома и прилегающей территории определяет состоятельность владельца. Если встать около дороги и поднять руку – непременно подъедет и остановится такси; если у тебя много денег, ты можешь жить
В советском же городе N в конце восьмидесятых всё было с точностью до наоборот! Бедных и богатых кварталов не наблюдалось – все строения находились в состоянии «люди снимают жильё в доходном доме, хозяин которого давно перестал за ним следить и лишь извлекает прибыль».
Полки продовольственных магазинов были совершенно пусты. Но там, где что-то всё же продавалось, деньги теряли свою главную функцию, блестяще описанную в «Капитале» Карла Маркса. Однажды Кармеле, отстоявшей длиннющую очередь,
Девушку спасали только крайняя неприхотливость во всем да оптимистичный характер.
…Коля же действительно кое-что придумал, лежа между вахтами в каюте без сна и разглядывая причудливые разводы краски на переборках – фото Певицы он снял в первый же день. Смотреть на «Кармелу» в роскошном наряде, счастливую, лучезарную, сжимающую в кулачке микрофон, – было выше его сил…
Три недели размышлений дали результат: он утвердился в своем отказе от участия в ее жизни. У них нет будущего. Он не сможет измениться сам и изменить свою жизнь так, чтобы спасти эту женщину. Денег же на то, чтобы отправить ее на Родину, у него не было: продав видеодвойку, он мог лишь рассчитаться с долгами…
Он, конечно, сделает всё, что сможет, чтобы хоть как-то облегчить ее жизнь в Союзе, но быть рядом и видеть, как эта самая жизнь разрушает живущий в ней образ Певицы, как лицо ее изменяется, становясь похожим на лица женщин барака, как стираются черты, когда-то всколыхнувшие его сердце… Как она располнеет от углеводистой пищи, затем выучит русский, на четверть состоящий из матерных слов, как будет ходить по бараку непричесанная, в стоптанных тапочках; начнет курить и пристрастится к спиртному во время его долгих рейсов…
И как начнет ненавидеть в себе певицу.
Это было бы равноценно сидению у постели умирающего, и было выше его человеческих сил! Николай не был готов к этому… Выполнив свой последний долг перед нею, он уйдет, чтобы не возвращаться больше никогда…
Коля даже не замечал, что думает о Кармеле как о покойнице.
