Тяжко вздохнув, он замолчал, а я себя почувствовал крайне неуютно. В моем представлении буквально выкованный из железа воин прямо на моих глазах превратился в обыкновенного, усталого человека.
— Знаешь, — тогда начал говорить я, прежде чем успел осознать, что именно хочу сказать, — я понимаю тебя и не понимаю. Умом понимаю, а вот чувствами… сердцем — нет.
В тот момент я, пожалуй, излишне поддался эмоциям. Меня несколько выбило из колеи поведение Тирма и его доверие, то, как он открыл, что на самом деле у него на сердце. Медленно, часто делая паузы, я начал по чуть-чуть, а затем все подробнее и подробнее рассказывать о себе. До этого дня я еще никогда в жизни не делал ничего подобного и только чувствовал тогда, как с каждой минутой мне становилось все легче и легче. Тирм слушал не перебивая, как до этого я слушал его, поэтому, разговорившись, я уже не останавливался до самого конца, после чего мы почти час просидели, каждый погруженный в свои мысли. Если бы меня спросили, о чем я думал в тот момент, даже ответить бы не смог. А вот Тирм своими мыслями со мной поделился… чтоб его головой об стену.
— Полагаю, что ты никогда не смотрел на свою жизнь со стороны, ведь так? — Разговор начался именно с этих слов, хотя на тот момент я пребывал в полной уверенности, что этот вечер уже преподнес все свои сюрпризы. Я даже не подозревал, НАСКОЛЬКО ошибался, — ведь все только начиналось, но, как уже сказал, тогда я об этом еще не знал, оттого и не придал особого значения прозвучавшему вопросу. Пожав плечами, ответил:
— Нет, не смотрел.
— А надо было, — несколько резковато произнес он.
— Что ты этим хочешь сказать? — невольно нахмурился я.
— Я? — добавив толику удивления в голос, вопросил Тирм. — Я ничего не хочу сказать. Просто давай немножко проанализируем твою жизнь.
Настала моя очередь удивляться:
— Анализ?
— Вижу, ты не понимаешь, — слегка потер лоб Тирм. — Хорошо, давай с самого начала, и, думаю, скоро ты разберешься, что я имел в виду, говоря про анализ твоей жизни. С другой стороны, достаточно просто определиться с твоими способностями. Смотри сам: ты у нас Искусник, пусть и пока условный, ты у нас вор, отлично владеющий ножом, превосходный алхимик, такой же шахматист, теперь еще и боец с двумя мечами, овладел Лрак`аром до седьмого уровня, используешь методику Циклов, а еще познаешь лишь понаслышке известную мне область психологии. А теперь скажи, сколько тебе полных лет?
— Двадцать три, — ответил я, все еще не понимая, что хочет сказать мне Тирм.
— И как ты все это выучил?
— Хм… как-то так получилось, по жизни получилось. Никто меня не заставлял, я просто учил, мне нравилось. Сам учил.
— Сам, — уверенно кивнул Тирм, — конечно, сам. Теперь давай копнем все это несколько глубже. Значит, так, — начал он, ложась на спину и закидывая руки за голову, — начнем с самого начала. Первое, что ты выучил, это Лрак`ар и шахматы. Потерявший всю свою семью человек принял тебя за своего сына, со всеми вытекающими. Будучи бывшим военным, он знал методику обучения Лрак`ару и одновременно с этим являлся превосходным шахматистом. Вот тебе и первая странность.
В чем странность, Тирм мог уже и не пояснять. Однако легче мне от этого не стало, скорее, совсем наоборот. Хотя сначала, демон пойми отчего, на глаза попытался наползти легкий туман. Понимаю, звучит идиотски, но по-другому я это описать не могу. Из-за этого «тумана» я едва не потерял нить разговора, но, собравшись, сосредоточился. Разум прояснился, после чего мысли помчались вскачь, перепрыгивая с одной нестыковки на другую. Пришлось вновь вмешиваться в собственную психику, опять проводя частичную реактивацию и ставя временный блок, иначе адекватно соображать я бы точно не смог. Тем более за последний месяц я, наконец, сумел «погрузиться», поэтому поставленный блок уже был на совершенно ином уровне, нежели блоки, которые устанавливал раньше… но об этом чуть позже. Глубоко вдохнув, на мгновение прикрыл глаза, старясь собраться с мыслями, после чего с выдохом повалился на спину, закидывая руки за голову. В конце концов, сейчас я могу просто над всем этим подумать, а вот разбираться будем при случае.
— Итак, — начал я рассуждать вслух, — каковы шансы, что мне повстречается военный, владеющий методикой обучения Лрак`ару и одновременно с этим являющийся просто отличнейшим шахматистом, который бы принял меня за своего сына? Минимум минимума. Допустим, в жизни всякое бывает, но повезло мне, если без подвоха, просто невероятно. Теперь, если обучение Лрак`ару еще как-то можно было понять, то вот почти маниакальная страсть к шахматам, привитая мне этим военным, уже выглядит подозрительно. Это становится вдвойне подозрительно с учетом того, что я увлекся методикой Циклов.
— Кстати, а можно поподробнее? — прервал меня Тирм. — Я об этих Циклах вообще ничего не знаю.
