-А где Люсианна?.. Пытается вдохнуть жизнь в очередную груду металлолома? — поинтересовался Джейк.
Джени Стюарт улыбнулась лучшему другу своего мужа. Сегодня вечером все трое собрались за ужином, который она приготовила.
— Нет, только не сейчас, Джейк, — ответила Джени. Ей не хотелось, чтобы он подсмеивался над ее золовкой, единственной девочкой и самой младшей в семье. Люсианне было всего полтора года, когда от вирусного воспаления легких умерла ее мать Сьюзен Стюарт. Она росла под влиянием отца и четырех старших братьев, которые воспитывали ее как мальчишку. — Ее здесь нет, — продолжала Джени, заметив, как он вопросительно приподнял бровь, — Она уехала попрощаться с Джоном.
— Попрощаться… Неужели настал конец большой любви?
— Не совсем так. Джон едет работать в Канаду на три месяцу. Люсианна надеется, что их отношения сдвинутся с мертвой точки. Думаю, перед расставанием она ждет от него признания в любви и заверения в преданности.
— И вряд ли дождется, — отрезал Дэвид, муж Джени и старший брат Люсианны. В настоящее время он заправлял делами на ферме, где выросла вся его семья и где Люсианна продолжала жить по сей день. — Ни один мужик на нее не клюнет, пока она будет разгуливать в своих широченных рабочих штанах и…
— В этом не только ее вина, Дэвид, — осадила его Джени. — Вы с братьями едва ли могли развить в ней женственность. Только не говори, что я не права. И, уж конечно, вы постарались отвадить от нее всех возможных женихов.
— Если я ясно давал понять любому мужчине, который спал и видел Люсианну в своей постели, что без свадебного кольца его снам не суждено сбыться, то что в этом плохого?
— Ничего, — призналась Джени и небрежно заметила:
— Но, если мне не изменяет память, когда-то ты рьяно доказывал мне самой, что, прежде чем пожениться, нам следует пожить вместе.
— Это совсем другое, — решительно возразил Дэвид.
— Надеюсь, отношения с Джоном изменят ее жизнь, — продолжала Джени озабоченным тоном. — Ведь она уже не девочка, ей двадцать два года.
— Все бесполезно, пока она не перестанет вести себя как мальчишка… Ты бы ей как-нибудь намекнула, Джени, наставила бы на путь истинный.
— Я пыталась, но… — Джени пожала плечами. — Я думаю, кто-то должен не просто сказать, но и доказать ей, что она привлекательна, желанна как женщина, а не как… — Она внезапно замолчала и озорно улыбнулась закадычному другу своего мужа. — Здесь нужен кто-то вроде тебя, Джейк.
— Джейк? — Дэвид громко захохотал. — Да Джейк даже не станет смотреть в ее сторону! За ним бегали такие женщины! Джейк, какая была девочка! Помнишь ту итальянскую модель, с которой ты одно время появлялся в свете? Потом эта нью-йоркская банкирша… Чем в итоге все кончилось?
— Э-э… А ведь ты, дружок, кажется, женат на мне? — ревниво напомнила Джени мужу. — Может, это будет и не Джейк, но просто необходимо, чтобы кто-нибудь поддержал ее. В противном случае, боюсь, она потеряет Джона и будет тяжело переживать по этому поводу.
— Он правда так много значит для нее? — нахмурился Джейк. Черные брови, теплый, оливковый цвет кожи, унаследованный от бабушки-итальянки, и темные густые волосы удивительно сочетались в лице Джейка с ясным серо-голубым цветом глаз. Высокий рост и широкие плечи достались ему от родственников по отцовской линии: дядюшка-великан, оставивший ему дом и поместье, земли которого граничили с землями Стюартов, отличался таким же внушительным телосложением.
— Я волнуюсь за нее, — обеспокоенно сказала Джени. — Ей нужна помощь, хотя она сама ни за что не признается в этом, особенно…
— Особенно мне, — закончил за нее Джейк.
— Но ты всегда славился умением выводить Люсианну из себя, — иронично улыбнулась Джени.
Когда в коридоре раздался бой дедушкиных часов, Джени слегка погрустнела.
— Самолет Джона улетает через полчаса, и Люсианна вернется домой.
— И будет искать плечо, на котором можно выплакаться? — спросил Джейк сочувственным тоном.
— Она никогда не плачет, — заметил Дэвид. — Она не из таких.
«Иногда он ведет себя как непроходимый тупица, — думала Джени, слушая мужа. — С самого детства он с братьями приучал Люсианну подавлять свои эмоции, а теперь удивляется, почему она ведет себя по-мужски». Жаль, что Люсианна никогда не ладила с Джейком, ведь он, как никто другой, умел обращаться с женщинами и уж объяснил бы ей, почему ее отношения с парнями всегда развиваются не в том направлении. Необычайно привлекательный, Джейк обладал чувством сострадания и отзывчивостью, что удивляло Джени в таком мачо и что отрицала в нем Люсианна.
— Спасибо за ужин, Джени, — улыбнулся ей Джейк. — Мне пора. Я должен принять парочку факсов и…
— Заключить очередную сделку на энное количество миллионов фунтов, — с ухмылкой прервал его Дэвид. — Будь осторожен, Джейк, — продолжал он шутливым тоном, — а то станешь мультимиллионером к сорока годам — и не будет отбоя от расчетливых невест.
— Никогда я не стану мультимиллионером — слишком велики расходы на содержание имения, — заметил Джейк.
