11. Сердцеобразная голова встречается на Американской стороне и в Мексике, и в Перу. В Перу она широко представлена в модифицированной, близкой к треугольнику форме и на текстиле, и среди петроглифов; встречается также истинная сердцеобразная форма, как показано на фото 314 f и на рисунках 51–52. На Островной стороне сердцеобразной и модифицированной треугольной формы нет; исключение составляют вырезанные на коре деревьев фигуры мориори на островах Чатем (Skinner, 1923, р. 67; Skinner and Baucke, 1928, p. 345). Географическое распространение сердцеобразной головы делает более вероятной интродукцию из перуанского приморья, чем с уединенных островов Чатем.
12. Шея как придаток отдельно выполненной головы — распространенная черта на Американской стороне, где она особенно хорошо известна по каменной скульптуре Чавин и Тиауанако. Примеры из названных районов как с вертикальной, сужающейся книзу шеей, чтобы ее можно воткнуть в землю, так и с горизонтальной шеей, чтобы скульптуру можно было вмонтировать в стену, показаны на фото 308,309 i — к. На Островной стороне отдельно выполненные головы известны только в Маркизском архипелаге, но у них нет шеи, ее нет даже у местных статуй.
Таким образом, у этой черты параллели есть только на Американской стороне.
13. Шнуры для подвески деревянных фигурок хорошо известны на Американской стороне; немало образцов найдено в доинкских погребениях на тихоокеанском берегу Перу (например, фото 316). На Островной стороне шнуры для подвески фигурок не обнаружены вплоть до Индонезии нигде, если не считать служившие нагрудным украшением нефритовые хеи тики Новой Зеландии. У некоторых маркизских каменных фигурок, или тики, есть сквозное отверстие в районе первого шейного позвонка, но шнуры не найдены. Поскольку идея подвешивания деревянных фигурок на Островной стороне не представлена, более вероятно влияние из Перу, где такой обычай был широко распространен.
14. Туловищу обычно придавалось меньше значения как на Американской стороне, так и на Пасхе; часто его вовсе нет. Когда оно изображено, форма может быть любой; есть изможденные фигуры, есть чрезвычайно тучные. На Островной стороне туловище тоже играет второстепенную роль и в каменной скульптуре Маркизов подчас вовсе отсутствует, а если изображено, то всегда отвечает местному понятию о красоте: очень толстое, грузное, как правило, с большим животом, в отличие от столь обычного на Пасхе запавшего живота.
Таким образом, нестандартный подход к изображению туловища сближает остров Пасхи скорее с Перу, чем с какой-либо частью Островной стороны.
15. Ребра, столь важные в пасхальском искусстве, присутствуют и в искусстве Американской стороны, особенно в древнем Перу, где они обозначены на ряде каменных скульптур (например, фото 303, 305 b). На Островной стороне они настолько необычны, что Скиннер (1923, с. 66–67, фото 4), говоря о ребрах на некоторых из немногочисленных резных изделий мориори на островах Чатем, усмотрел в этой черте родство с искусством острова Пасхи. Кроме этого случая, ребра намечены лишь на некоторых пекторалях хеи тики и в пещерной живописи Новой Зеландии. Поскольку ребра неизвестны на Островной стороне, кроме окраинной области в противоположном конце Полинезии, зато представлены и в каменной и в деревянной резьбе Перу, включая Тиауанако, эта идея, если не развилась на месте, тоже вполне могла проникнуть на Пасху с материка Южной Америки.
16. Руки в общем изображаются на Американской стороне так же разнообразно, как на Пасхе, и процент статуй с неестественным положением рук— кисти лежат на животе, как у пасхальских статуй Среднего периода, — одинаково высок. Эта стилизованная или ритуальная поза встречается повсеместно от Мексики до Тиауанако. На Островной стороне эта черта не менее важна, и в маркизской скульптуре она настолько обычна, что присуща почти всем человеческим изображениям.
Но если в Перу и на Пасхе такая стилизованная поза, хотя и обычна, соседствует с широким разнообразием в изображении рук, то на Маркизах она чуть ли не единственная, лишь у немногих статуэток одна или обе руки подпирают подбородок. Тем не менее значение этой ритуальной позы как на Американской, так и на Островной стороне служит указателем скорее на общую традицию, чем на какой-то конкретный путь распространения.
