Искусство сновидения полностью

— Магические действия очень опасны, — продолжал дон Хуан. — Умоляю тебя, будь очень внимательным. Не попадай под влияние своей идиотской самоуверенности.

— А что случилось потом с нагуалем Элиасом и Амалией? — спросил я.

— Нагуалю Розендо пришлось в телесном облике отправиться в тот мир и найти их, — ответил он.

— И он их нашел?

— Да, нашел, затратив огромные усилия. Однако он так и не смог полностью вернуть их оттуда. Поэтому эти двое молодых людей всегда оставались наполовину пленниками того мира.

— Ты знал их лично, дон Хуан?

— Конечно же, я знал их, и, уверяю тебя, они были очень странными людьми.

Ты должен быть очень внимателен, поскольку совсем близок от того, чтобы стать добычей неорганических существ, — совершенно неожиданно сказал мне дон Хуан, хотя только что мы говорили о чем-то совершенно не имеющем отношения к сновидению.

Его утверждение застало меня врасплох. Как всегда, я попытался защититься:

— Тебе не нужно меня предупреждать. Я очень осторожен, — заверил я его.

— Неорганические существа что-то замышляют, — сказал он. — Я чувствую это и не могу успокоить себя тем, что они ставят ловушки только на начинающего сновидящего, и таким образом сновидящие, у которых уже нет желаний, всегда эффективно защищены.

Тон его голоса был так настойчив, что я сразу же принялся заверять его в том, что не собираюсь попадать ни в какую ловушку.

— Ты должен серьезно относиться к тому, что неорганические существа имеют в своем распоряжении изумительные средства, — продолжал он. — Их осознание великолепно. По сравнению с ними мы дети — дети с большим количеством энергии, которой они домогаются.

Я хотел сказать ему, что на абстрактном уровне я понимаю его мысль и его обеспокоенность, но в настоящее время и в конкретной ситуации я не вижу причин для беспокойства, поскольку вполне контролирую свою практику сновидения.

Прежде чем дон Хуан снова заговорил, прошло несколько минут тягостного молчания. Внезапно изменив тему разговора, он сказал, что хочет обратить мое внимание на очень важный аспект его наставлений в связи со сновидением по вопросу, который до сих пор проходил мимо моего осознания.

— Ты уже понял, что врата сновидения представляют собой особые препятствия, — сказал он, — но ты не понял до сих пор одной вещи: что бы ни бралось в качестве упражнения для достижения и пересечения врат — не является тем, что на самом деле имеет к ним отношение.

— Я этого вообще не понимаю, дон Хуан.

— Я имею в виду, что неверно утверждать, например, что вторые врата достигаются и пересекаются после того, как сновидящий научился просыпаться в другом сне, или когда сновидящий научился изменять сны, не просыпаясь в обычном мире.

— Почему это неверно, дон Хуан?

— Потому что вторые врата сновидения достигаются и пересекаются, только когда сновидящий обучается обнаруживать и следовать за лазутчиками чужеродной энергии.

— Почему же тогда вообще дается идея изменения сновидений?

— Пробуждение в другом сне или изменение снов является упражнением, которое разработали древние маги, чтобы тренировать способность сновидящего выделять лазутчика и следовать за ним.

Дон Хуан утверждал, что использование лазутчика является высоким достижением и что когда сновидящий обретает способность делать это, вторые врата распахиваются, и вселенная, которая существует за ними, становится для него доступной. Он подчеркивал, что эта вселенная существует здесь всегда, но мы не можем войти в нее, поскольку нам недостает энергетической удали и что, по существу, вторые врата сновидения — это врата в мир неорганических существ, а сновидение — это ключ, открывающий эти врата.

— Может ли сновидящий выделить лазутчика напрямую, не прибегая к упражнению изменения снов? — спросил я.

— Нет, никоим образом, — ответил он. — Это упражнение необходимо. Вопрос здесь только в том, является ли такое упражнение единственным в своем роде. Или сновидящий может использовать и другие упражнения?

Дон Хуан лукаво посмотрел на меня. Судя по его виду, он словно ждал, что я сам отвечу на этот вопрос.

— Очень трудно предложить упражнение настолько же полное, как то, которое разработали древние маги, — сказал я с неопровержимой уверенностью, сам не зная, откуда она могла возникнуть.