Единственной формой путешествия, о которой можно серьез задумываться, остается длительное пребывание. Великий философ Николас Гомес-Давила сказал однажды: «Лишь интеллигентные и ограниченные люди обнаруживают склонность к оседлости. Посредственность неугомонна, ее постоянно тянет в дорогу». Однако тот, кто отправляется в другую страну на несколько недель или месяцев, чтобы набраться опыта, поучиться, поработать или просто навестить друзей, не путешествует в современном смысле этого слова. Такие поездки были некогда в моде даже у императоров и королей, которые перебирались из одной резиденции в другую. Принцев отсылали к чужим дворам, с тем чтобы они постранствовали по свету и научились общепринятой «светскости».
Современной версией подобного путешествия является «gap year», предоставляемый выпускникам школ, или «sabbatical», отпуск для студентов и простых тружеников, во время которого они уезжают на полгода куда-нибудь в Африку или Азию и узнают местную культуру намного лучше, чем обычные туристы. Ведь для того, чтобы разобраться в чужой культуре, мало увидеть ее — к ней надо приобщиться.
Длительное пребывание за границей выгодно для стильного бедняка хотя бы потому, что расходы на хозяйство среднего европейца довольно велики. Сдавая свою квартиру и живя в другой стране, вы можете даже сэкономить. Месяц роскошества в Стамбуле или Каире обойдется дешевле, чем неделя экономии в Мюнхене. И хотятакие классические центры всеобщего паломниче ства, как Париж, особой дешевизной не отличаются, появились новые города, заслуживающие внимания Например, Таллин (Ревель) с полностью сохранившимся средневековым городом — такого в Германии не найдешь. Или София. Если загодя заказать билеты на поезд, то цена их будет чисто символической. На «Интерсити» можно добраться до Белграда, там пересесть на поезд до Софии и через сутки оказаться в городе, где правит бывший царь, где среди мечетей и азиатских рынков стоят древнейшие церкви Европы, где на окнах вагонов метро можно увидеть занавески, а еще попробовать самый вкусный в мире кофе.
До шестидесятых — семидесятых годов в каждом европейском городе можно было найти сотню старушек, сдававших комнату в просторной квартире или державших небольшой пансион. Если верить литературным описаниям, то приюты эти частенько выглядели далеко не лучшим образом, зато давали дешевый кров заблудшим душам, художникам и студентам. Сегодня в большинстве городов можно на несколько недель снять маленькую квартиру, которая будет стоить меньше, чем комната в недорогом пансионе. Преимущество наших дней заключается еще и в том, что за отсутствием старушек, подающих завтрак, надо самому заботиться о себе в чужом городе и ходить в магазин или на рынок не как туристу, а как местному жителю.
Такие путешествия по-настояшему обогащают жизнь, хотя в них, конечно, не отправляются три-четыре раза в год. Важно идти по миру с открытыми глазами, а не пробираться по нему туристической ощупью. Поэтому иногда намного полезнее остаться дома, чем «отправиться в отпуск». Например, если проводить отпуск в родном городе, то можно и не осматривать достопримечательности. Ни одному пизанцу не придет в голову лезть на Пизанскую башню, ни одному парижанину — на Эйфелеву. А вот турист полезет — вероятно, чтобы избавиться от тайной уверенности в бессмысленности туристических поездок как таковых.
Не надо заказывать всеобщие мечты на рынке услуг, надо придумывать свои, достижимые собственными силами. Быть может, не заходить так далеко, как Жан Флорессас дез Эссент, главный герой романа Гюисманса «Наоборот», но хотя бы немного у него поучиться.
Дез Эссент, уединенно живущий, сверхчувствительный отпрыск старинного дворянского рода, совершенно отказывается от всяческих путешествий, потому что в его собственном доме в окрестностях Парижа и без того есть все, что ему нужно. Хотя однажды, поначитавшись Диккенса, он все-таки решил съездить в Англию. И просит своего слугу собрать чемоданы, а потом объявляет, что вернется через год, или несколько месяцев, или несколько недель — когда точно, он сам пока не знает.
