Уставшие руки оттягивали пакеты из дешёвого магазина. Алиса шла на автопилоте, предвкушая лишь момент, когда голова коснётся подушки. Пары измотали, не оставили сил даже на что-то отдаленно похожее на готовку. В наушниках играл рок, зелёный сигнал светофора немного отрезвил, заставил тело двигаться быстрее.
Рядом мелькнула чёрная кожанка — Алиса распахнула глаза, чтобы посмотреть в спину той самой девушки. Незнакомка шла оттуда же, откуда и Алиса, судя по логотипу пакета. В ушах девушки белели наушники, и шла она размеренно, будто и не шла вовсе, а спокойно плыла.
Но Алисе не хотелось ничего спрашивать — хотелось только спать. Обогнав её, Алиса ускорила шаг и спустилась в подземный переход. Бледный мерцающий свет резанул по глазам и пакет вывалился из рук: на грязный бетонный пол посыпалось несколько покетбуков, карандашей, блокнотов, пачка печенья и лапша быстрого приготовления. Алисе не хватало сил даже злиться на свою неаккуратность, она молча опустилась на колени, наушник выпал из уха, зацепившись за ворот рубашки.
Сзади послышались шаги, лёгкая поступь с позвякиванием серебряных цепочек. Незнакомка обошла её и начала подниматься по лестнице. Белые длинные ногти вцепились в край кожанки, и Алиса почти слышала треск ниток по шву. Бледная кожа контрастировала с чернотой одежды, а аккуратно уложенные волосы вились волнами по плечам.
Алиса выдохнула, отряхнула джинсы и спокойно встала: когда-нибудь этот сумасшедший день закончится, и она дойдет до кровати. Белый свет неприятно резал глаза, и она была рада подойти к ступенькам, где лампочки светили ей уже в спину. Алиса видела, как в метре от неё шагает девушка. И тут она обернулась, может, почувствовав слишком пристальное внимание.
Они пересеклись взглядами. В неё вперились нечеловечески чёрные глаза и серые пергаментные губы, они щерились в улыбке. Алиса моргнула, чтобы неприятная дрожь прошлась по спине, затерявшись между лопаток. И через секунду увидела лишь голубое небо, затянутое серыми облаками.
Как можно быстрее поднялась по ступенькам. Буквально взлетела, слыша липкий страх в груди, жар на вспотевших ладонях — ей нужно было поймать незнакомку, хотя пять минут назад сил не было даже сконцентрироваться. По тротуару люди спешили в разные стороны, ни капельки не похожие на девушку в кожанке. Алиса в сомнении покрутилась на месте, смотря то в сторону института, то в сторону, откуда незнакомка пришла. Но девушки нигде не было, как будто провалилась сквозь землю. Алиса была уверена, что именно её видела перед собой, и была уверена, что потерять её из виду здесь практически невозможно. И по дороге в общежитие Алиса предпочла думать о подушке и одеяле, чем об очередном пугающем исчезновении буквально из-под носа.
Молчаливый охранник кивнул ей при входе в общежитие. Взлетев по ступенькам, чтобы больше никто не исчез из виду, Алиса открыла дверь в ноги. Пакеты полетели на пол, а она выдвинула стул и села перед чистым листом бумаги. Простой карандаш иступился, Алиса едва вывела слово и разгневанно всё бросила: ей не нравился штрих, слишком толстый, неидеальный, портящий смысл искусства. А вот тонкая, чёрная полоска приводила в восторг, который не заменит ни одна ручка.
Почувствовав, как в горле резко пересохло, Алиса взяла кружку с полки и вышла на кухню. Холодный поток воды немного отрезвил шальные мысли, и она наконец-то вернулась к тому, что изначально хотела — легла спать. Руки, чесавшиеся в зуде творчества пять минут назад, покрылись мурашками.
Алиса тихонько прикрыла дверь, стараясь не разбудить Катю, и положила телефон на стол рядом с карандашом. Уставшие глаза зацепились за стружку от точилки. Алиса хотела было уже махнуть рукой, но сквозь пелену вспомнила, что минуту назад там было чисто. Она подошла ближе и взяла в руки карандаш — идеально отточенный острый грифель проткнул ее палец, и выступила небольшая красная капля. Алиса внимательно посмотрела на нее, будто увидела кровь впервые. И стряхнула ее на лист бумаги. Небольшая точка размазалась по белому пространству. Аккуратно отодвинув стул, она все же села и придвинулась немного ближе к столу — первое слово-линия легло на бумагу. Сзади опалило будто дыханием. Алиса повела плечом и обернулась — пусто.
