Сейчас, глядя на это, я осознаю простую на первый взгляд истину. Демократия хороша в мирное время, но ей не место на поле битвы: высшей формой гуманизма на войне является жестокость. Да… Возможно, те джедаи, что пошли против Ордена, покинув его в знак протеста против войны, понимали, что бесследно эта война не пройдёт. Что Орден уже не будет прежним, что джедаи узнают цену, которую должны заплатить все хранители мира, вынужденные вести войну…
***
„Неудобно… Шея затекла“.
— Что?.. — Асока резко подняла голову, стараясь проморгаться. Через несколько мгновений, потеряв надежду, она начала тереть глаза ладонями. Наконец, ей удалось привести зрение в норму. Оглядевшись, девочка поняла, что находится всё там же: в одной из палат Залов Исцеления, куда она попала уже часов десять как вместе с учителем, который всё ещё не приходил в себя. После того, как спасатели прорезали проходы — все штатные люки и шлюзы были повреждены — учителя вместе с ранеными начали переправлять на Корусант. Джедая отправили в Храм, остальных же пришлось размещать в казармах, где размещались подчинённые Викту отряды клонов и солдат. Больницы города были переполнены, как и Залы Исцеления в самом Храме…
Таллисибет тоже была здесь. Девушка, устроившись на одном из стульев и обхватив ноги руками, тихонько посапывала. "Все устали… И учитель никак не очнётся"…
Взглянув на лежащего человека, она заметила, что веки его слегка подёргиваются. Подскочив, девочка подбежала к дверному проёму, и огляделась в поисках целителей. Как на зло, ни одного из них не было в поле зрения.
— А… Асока? — слабый голос учителя заставил её подпрыгнуть. А Бет, вскинувшись ото сна, чуть не рухнула со стула. Тишина, стоявшая до сего момента, была нарушена.
— И по какому случаю такой шум? — прошептал Викт, пытаясь подняться.
— Что! Вам нельзя вставать! — тогрута решительно шагнула вперёд и пресекла попытки человека встать.
— Хорошо. Только тише. Голова побаливает, знаешь ли… — человек закашлялся, после чего начал скрести ладонью в воздухе. Первой о смысле жеста догадалась Бет.
— Воды?
Получив в ответ кивок, девушка подошла к столику и протянула ему стакан с лекарством, которое оставила одна из целителей. Тогрута помогла тому присесть, подложив под спину подушку. Джедай залпом выпил, и тут же сморщился.
— Кх-а, к-ха, к-ха… Что это за гадость?
— Лекарство, — тогрута развела руками. — Велено было выпить всё.
Выразив всем своим видом, что он думает об этом лекарстве, а также о них самих, джедай ненадолго умолк, после чего заговорил — на этот раз более уверенно.
— Ну. Что происходит?
— Вы очнулись, учитель! — хором произнесли девочки, и переглянувшись, рассмеялись.
— Это я уже понял. Где мы?
— В Храме, учитель. Вас доставили сюда около полудня назад.
— Сколько времени прошло с конца битвы?
— Больше суток.
— Ох ё… У нас дел по горло, а я тут разлёживаюсь…
— Вам нельзя вставать, учитель.
— Есть такое слово — надо. Тем более, занимать палату в такое время… Найдётся тот, кому помощь нужнее, чем мне… В общем, возьмите с собой, всё что доктор прописал, и будете следить, чтобы я их вовремя принимал. Обещаю, капризничать не буду, — улыбка человека обескуражила Асоку. Переглянувшись с Энвандунг, она пожала плечами.
— Даже и не знаю… Но учтите — с магистром Вокарой сами разбираться будете. — указательный палец девочки назидательно указал на потолок.
При упоминании тви’лечки-целителя джедай мигом скис.
— Это да… проблема. А она тут была?
— Кажется, нет.
— Может быть, она меня и не видела? Тогда вообще всё отлично. — джедай сел на кровати, потягиваясь, и раскинув руки в сторону. И тут же спросил:
— А вы сами как? В порядке?
— Отлично! — заверила его Асока. Таллисибет просто улыбнулась.
— Да, учитель, мы впорядке.
— А вот и неправда… небось всё время возле меня сидели… так что, будем о вас заботится. Я сейчас оденусь — и мы пойдём перекусим. Думаю, к тому времени я оклемаюсь.
— Но зачем? Вам нужно отдыхать. Целитель так сказала.
— Я конечно джедай, но ещё и командир. Проверить подчинённых надо? Надо. Новости узнать надо? Надо. Вы же за всё это время не удосужились?
Асока поняла, что глубоко уязвлена словами человека.
— Но мы были с вами. Это важнее! И вообще, мы волновались!
Викт тяжело вздохнул.
— Ладно. Причина уважительная. Но впредь постарайтесь думать. Да и не собираюсь же я скакать-прыгать, честное слово… так, съездим в пару мест, а потом — всем отдыхать.
— Ну хорошо. А куда мы пойдём?
— В Совет идти смысла нет. Им сейчас не до нас. Слетаем в Казармы, а потом в штаб Секторальной Армии. За пару часов управимся.
***
Офицерское собрание тянулось медленно: вопросов и проблем, требующих решения, накопилось предостаточно, идей же для их решения было катастрофически мало.
Тяжело вздохнув, Сумераги вновь повторила:
— Сэр, при всём моём уважении, начинать перекомплектацию экипажей кораблей прямо сейчас — не лучшая идея. Я всё понимаю, но люди до сих пор не отошли от боя, в котором они потеряли не только своих сослуживцев, но и корабли. Многие из них ранены.
Ринаун с недовольным видом плюхнулся обратно в кресло.
— Сколько их, кстати?
